– Не предлагаю, – заявила она. – Настаиваю!
Меньше чем через минуту его плавки последовали за ее купальником, и, взявшись за руки, они со смехом забежали в воду.
«Что бы ты сказала, если бы увидела меня сейчас, мама? – подумала Холли, бросаясь в волну. – Ты бы так поступила?»
После жары пляжа она задохнулась от ледяной воды. Однако еще сильнее бодрила мысль, что в любую минуту их могут застукать. Она распустила волосы и задрожала, когда вода забралась под волосы и остудила кожу головы. Посмотрев вниз, она увидела свою грудь под водой, пару белых островков на шоколадном теле. Эйдан тоже их увидел, когда подплыл поближе. Он взял каждую в свои большие веснушчатые руки.
– Замерзла? – спросил он, пальцами нащупав ее соски.
В ответ она подняла ноги, обняла его за талию, сомкнула голени и притянула его к себе.
– Да, – прошептала она ему на ухо. – Но, чувствую, скоро я согреюсь.
Потом они лежали на спинах, глядя в безоблачное небо и позволяя естественной силе соленой воды держать их на плаву. Эйдан закрыл глаза с довольной улыбкой на лице, а Холли смотрела на него. Она до сих пор не могла поверить, что все это происходит с ней. И уж точно она не готова была думать о том, что ждет ее после возвращения домой, как и о будущем с Рупертом.
– Как думаешь, сможешь доплыть до той пещеры? – спросил Эйдан, возвращая ее в настоящее. Пещера виднелась метрах в двухстах, но Холли чувствовала себя полной сил. Пропустив Эйдана вперед, она поплыла за ним, наслаждаясь скольжением воды по голой коже и солнечного тепла на спине.
Вода в пещере оказалась прозрачной, небесно-голубой, а скалы внутри были выбелены, совсем как в более знаменитых пещерах в нескольких милях отсюда. Вся картина походила на сказку, и Холли смотрела на темные уголки, гадая, откуда на нее может смотреть маленький хоббит. Затем, взглянув вперед, она увидела кое-что еще.
– Ты это видишь? – спросила она Эйдана, вытаскивая руку из воды, чтобы показать. – Похоже, кто-то что-то выгравировал на стене.
Они проплыли вперед для лучшего обзора, и Эйдан взобрался по скользкому боку ближайшего камня, чтобы посмотреть поближе. Холли с удовольствием рассматривала его зад и уже собиралась крикнуть что-нибудь дерзкое, как вдруг он обернулся с обескураженным лицом.
– Я думаю, тебе лучше посмотреть на это, – сказал он, протягивая ей руку, чтобы помочь взобраться на камень и встать рядом. Там, на стене пещеры, четко, словно это сделали сегодняшним утром, была выгравирована звезда. И внутри нее отчетливо виднелись имена – «Дженни Медвежонок» и «Сэнди-пэнди». – Думаешь?… – начал было Эйдан, но быстро замолчал, потому что ему пришлось поймать Холли, которая чуть не упала с камня.
Находиться здесь, в этой пещере, стоять на том же выступе, где стояли мама с тетей и, хихикая, наносили свою метку на острове, который они так любили, – от всего этого у Холли перехватило дыхание. С самого детства не была она так близка к маме, не ощущала такой связи с ней. Она протянула руку и провела дрожащим пальцем по рисунку и неровным буквам. Она знала, что трясется, но не чувствовала холода. Даже Эйдан, стоя прямо за ней и крепко держа ее за плечи, казался безумно далеким сейчас. Похоже, время растянулось в длинный тонкий туннель, а она, Холли, стояла одна на свету в самом его конце. Холли и Дженни с Сандрой – они наконец-то встретились втроем.
– Холли, ты вся трясешься.
Эйдан попытался повернуть ее к себе, но она не могла оторвать глаз от надписи на скале. Она моргнула, обернулась и внезапно вспомнила, что стоит полностью обнаженная.
О. Боже. Мой.
– Ты прав, – сказала она, густо покраснев. – Нам нужно вернуться на пляж. – Не дожидаясь ответа, она отодвинулась и прыгнула в воду, фонтан брызг эхом отозвался в стенах пещеры.
Через десять минут, когда они добрались до берега, ноги и руки Холли болели от плавания, но она бегом бросилась по гальке к своему купальнику. Эйдан, который все еще выглядел абсолютно ошарашенным, неторопливо пошел за ней, даже не пытаясь надеть свои шорты.
– Ты же не начала вдруг меня стесняться, – заметил он. Его голос прозвучал довольно резко.
Холли попыталась улыбнуться. Неожиданно за последние несколько минут из самого близкого человека в мире он превратился в абсолютного незнакомца, и она совершенно не понимала почему. Она ненавидела себя за то, что вдруг стала такой замороженной, но не могла стряхнуть с себя странное наваждение. Она подтянула колени к подбородку и сидела, раскачиваясь, словно в трансе.
– С тобой все в порядке? – Эйдан подсел поближе. – Ты сильно побледнела.