У Холли перехватило дыхание, когда такси начало взбираться на гору, но, к счастью, Эйдана не было видно, он запер двери и окна, а джип не стоял на своем месте у стены. Она даже не осмеливалась представить, что он должен сейчас чувствовать, но Эйдан хотя бы знал про Руперта. Холли по крайней мере была честна с ним в этом. Вообще с Эйданом она говорила и вела себя более откровенно, чем с кем-либо другим. Это заставляло ее чувствовать еще бо€льшую вину по отношению к Руперту, который вел себя как самый лучший, самый любящий бойфренд на свете.
– Какой красивый дом! – воскликнул он, когда они завернули за угол. – А море отсюда видно?
Холли кивнула.
– С заднего двора открывается потрясающий вид. Я рада, что ты оценил.
Как только она впустила его в дом, Руперт сразу прошел к холодильнику.
– Дорогая, а где лед?
– Извини, его нет. – Холли приложила усилия, чтобы выглядеть радушной. – Я могу сбегать в магазин.
– Я с тобой! – Руперт оказался рядом с ней быстрее, чем она успела моргнуть.
Если Костас и удивился, внезапно увидев Холли с незнакомым мужчиной, он никак этого не показал. Он улыбнулся, как всегда, и пожал руку Руперту, пока они покупали два мешка льда, три упаковки пива и несколько пачек чипсов, но не болтал с Холли как обычно.
Солнечный свет начал понемногу угасать, а пение сверчков становилось все громче, пока они возвращались обратно в гору. Руперт болтал без умолку о своей работе и о том, как ему удалось получить несколько выходных дней, соврав, что у него умерла тетя.
– Моя тетя умерла на самом деле! – выпалила Холли, покраснев в ту же секунду.
– Ох! – Руперт выглядел сбитым с толку. – Извини, дорогая. Я не хотел тебя обидеть. Но я думал, вы не были с ней знакомы?
– Нет, не были, – согласилась она, стараясь спрятать обиду в голосе. – Я просто… Ну, она оставила мне дом.
Повисло неловкое молчание, пока Руперт пытался понять, что он сделал не так. Когда они подошли к двери дома, он остановился и притянул Холли к себе.
– Я правда по тебе скучал, – прошептал он, прижимаясь к ней. У Холли возникло ощущение, что рядом абсолютный незнакомец.
– Я тоже скучала по тебе, – ответила она, легонько целуя его в губы и медленно отодвигаясь. – Идем, я хочу попробовать твое невероятное вино, о котором ты столько говорил.
Следующие несколько часов Холли выживала благодаря бесконечным ненужным действиям и большому количеству вина. Понимая, что маленькая кровать в свободной спальне будет неудобна для них двоих, она вынесла свои вещи из спальни Сандры и неохотно показала ее Руперту. Откопав простыни из глубин шкафа, Холли заметила, как Руперт сморщил нос, когда она встряхнула их.
– Если бы я знала, что ты приедешь, купила бы новое белье, – сказала она, с тоской думая об ужине с Эйданом.
– Все в порядке, – улыбнулся Руперт, присаживаясь на кровать. Впервые с тех пор, как они познакомились, он выглядел не очень уверенно, словно не знал, куда себя пристроить. Несмотря на нарастающее равнодушие к нему, Холли вдруг почувствовала жалость. В конце концов, жестко сказала она себе, это она здесь отрицательный герой, а не он.
– Ты изменилась, – начал он, нервно грызя заусенец на большом пальце. – Ты сердишься на меня?
Холли набрала побольше воздуха в грудь.
– Нет, конечно, не сержусь. Просто это были довольно странные несколько дней.
– Ты даже нормально не поцеловала меня до сих пор, – обиженно произнес он. – Все, что я хочу, с самого прилета, – это поцеловать тебя.
Холли подумала о больших руках Эйдана, обнимающих ее талию, вспомнила, как колется его щетина на шее.
– Так поцелуй меня.
На секунду повисла тишина, потом Руперт поднял глаза и встретился с ее взглядом, встал, взял в руки ее лицо и поцеловал с такой страстью и напором, которого раньше никогда не бывало. Холли почувствовала, как подкашиваются колени и внизу живота зазвенели знакомые струны. Это невозможно, она хотела Эйдана, а не Руперта!
Когда Руперт оторвался от нее через несколько секунд, он широко улыбался. К нему вернулась привычная уверенность.
– Сходим куда-нибудь? В клуб или еще куда-нибудь? – Его рука оставалась на ее разгоряченной щеке.