Он подхватил кружку и пошёл прочь от игорного стола. Кто-то из игроков попытался возмутиться, типа "какой устал, я отыграться хочу", но Джек на него так зыркнул, что тот прикусил язык.
Весь вечер Джек обхаживал свою цель - рассказывал анекдоты, заказывал выпивку, приводил девочек. Но каждый раз, когда он заводил разговор о карте или безумной удаче гостя, тот находил повод сменить тему. Лишь однажды, уже основательно набравшись, гость наклонился к Джеку и прошептал:
- Забудь о карте, друг. Это зло. Я тебе... это... ик.. по дружбе советую. Забудь.
Прошептал и свалился на стол, опрокинув кружку в остатками пива на пол.
Странные слова не остановили Джека. Когда все перестали обращать внимание на храпящего в луже пива франта, Джек аккуратно вытащил бумажник из кармана "друга", вынул из него карту и сунул бумажник обратно. Франт даже не пошевелился. Всё-таки сонное зелье в пиве - отличная штука. Не будем говорить, что наутро этого франта нашли в подворотне с перерезанным горлом - к нашему герою это никак не относится.
Вскоре после этого Джеку повезло в первый раз. Крупно повезло. Умер его дед, купец первой гильдии, Мартир Демшилд, основатель компании Демшилда, тот человек, от которого Джек яростно желал избавиться. Родители Джека погибли ещё раньше, когда тому было всего шесть лет, посему он был единственным наследником громадного наследства. А душа Мартира Демшилда стала первой платой за везение.
Затем посыпались крупные и мелкие удачи - то пару ригельдукатов на улице найдёт, когда похмелиться не на что, то засады избегнет, возвращаясь с крупной суммой денег из банка, то аукцион выиграет или крупную сделку заключит.
Дело Джека расцвело. Деньги текли рекой, товары раскупались в два счета, он раздал кредиты, купил второй дом, стал расширять бизнес, женился на первой красавице города. Вот уже одного склада хватать перестало, понадобился ещё один. И ещё. Второй корабль прикупил, капитаном туда одного из своих дружков поставил. Сам в море ходить перестал, делами на берегу управляет, а всё равно, всё в гору идёт.
Одно напрягало Джека: дела в гору, а бессмертная душа - в ад. Карта оказалась не просто куском картона, а амулетом, имеющим связь с демоном, требующим за свою помощь жертву. И чем крупнее удача - тем больше жертва. Если монету нашёл - крысой отделался, а сделку выиграл - человек требуется. А то и не один. И если бы заранее, как подношение богам: нужно что-то, принёс жертву - получил желаемое. Нет, демон сначала делает по собственному усмотрению, а потом плату требует. Договор такой. Потому приходилось изворачиваться - сначала бомжей на улицах подкарауливал, отчего на его улице и на нескольких близлежащих деклассированные элементы встречаться перестали - стороной стали обходить, за свою жизнь боялись. Затем, когда побогаче стал, рабов покупать начал, чем привлёк внимание сплетников большего масштаба.
Надоело Джеку. Страсть к богатству оказалась слабее трусости. Джека пугали слухи, ходившие вокруг его дел, пугали постоянные убийства, гнёт разоблачения, судьба собственного посмертия. В конце концов, решив, что добился всего, чего желал, он решил от карты избавиться. Пытался рвать и резать - безуспешно, карта не поддавалась. Сжигал в камине, но наутро слуги вытаскивали её из пепла целую и невредимую. Подсовывал клиентам, но её неизменно возвращали обратно хозяину.
И тогда Джек решил её выкинуть. Следуя пассажиром на важную встречу в Килки, он выкинул карту в море и наблюдал с палубы, как она, подхваченная ветром, улетает в кильватер.
- Вот теперь всё будет в порядке, - решил торговец и с довольной улыбкой на лице пошёл в свою каюту.
Той же ночью разразился жуткий шторм, совершенно не свойственный жаркому летнему сезону в этой полосе. Небо в считанные секунды заволокло темнейшими тучами, звезды и луны исчезли из видимости, задул резкий, рваный, холодный ветер. Он был настолько силён, что команда еле успела убрать паруса. Шлюп мотало из стороны в сторону, заливало волнами, которые громоздились друг на друга. Одна волна подхватывала кораблик, как щепку, и взносила высоко к небесам, так, что казалось, можно было увидеть престол Единого. И тут же проваливалась вниз, бросая шлюп так круто, что, казалось, он долетит до самого дна и разобьётся о скалы. Вторая падала сверху, осыпая находящихся на палубе и вантах потоками воды, скидывая тех, кто не сумел удержаться. Бушприт и фок были сломаны первой же большой волной, части фор-марса-рея запутались в такелаже и их пришлось рубить на части, чтоб выпутать. Матросы с риском для жизни управлялись со снастями, изрядно потрёпанными и посечёнными.