– Это не комплимент. Это печальная реальность, – ухмыльнулась девушка, стараясь скрыть волнение под привычными дерзостями. Обычно в моменты опасности Алекса становилась спокойной, но сейчас ощущала, как бьется в висках пульс. Она стояла слишком близко к нему. Опасно близко.
– Ты прямо как будто приглашаешь меня на танец, – ухмыльнулся в ответ Киан, и Алекса с восторгом подумала, что он все же отвлекся, нужно продолжать в том же духе.
– И не собираюсь. Не танцевала и не буду танцевать с тобой никогда, даже если ты останешься последним парнем во всем мире.
– Уверена? – Киан неожиданно рассмеялся, слегка запрокинув голову.
И в этот момент Алекса увидела Габриэла. Он приближался, неся большой бумажный стакан с кофе.
– Эй! – Габриэл попытался отстранить Киана рукой. – Ты что это пристаешь к моей девушке?
– Вообще-то это она приставала ко мне.
– Отойди от нее. – Габриэл снова толкнул его, при этом не удержав стакан. Тот упал на пол, и кофейная пенка растеклась по коридору, заливая охранные знаки у двери Киана.
Алекса едва могла поверить своей удаче: теперь, даже если имелась какая-то погрешность, заметить ее будет нельзя.
– Уймитесь! – рявкнула Рокси. – Габриэл, ты совсем обезумел. И знаешь, ты такой же ловкий, как слон в посудной лавке. Киан, не обращай на него внимания – он просто ревнует, хотя я свидетель, никакого повода нет… Ну и развели грязь. Стелла убьет нас самым изощренным образом!
С этими словами Рокси, достав из кармана бумажный платочек, принялась методично вытирать кофе, заодно стирая собственноручно дорисованные знаки.
– Вы сговорились? – Киан хмуро разглядывал всех участников импровизированного спектакля.
– Ну, если я ошибся, извини. – Габриэл пожал плечами.
– Алекса просто хотела попросить Киана подтянуть ее по пропускам, – прокомментировала Рокси, продолжая уборку.
– Я сам помогу тебе, – сказал Габриэл, кладя руку на плечо Алексы.
А она действительно начинала чувствовать себя участницей какого-то спектакля, где все, кроме нее самой, прекрасно знали свои роли. Киан тоже молчал, хмуро глядя на происходящее.
– Ну вот, – Рокси оглядела почти полностью стертые символы. – Так лучше. Что-то стерлось, но ты же восстановишь?..
Тут представление, в целом, закончилось, и ожидались цветы и аплодисменты, но никто не спешил ни хлопать, ни заваливать актеров розами. Даже Белоснежка и Радуга успешно делали вид, что заняты приведением себя в порядок и вообще ничего не видят и не слышат.
– Мы тогда пойдем, – произнесла Рокси, не дождавшись ответа. – Если Габриэл подтянет Алексу по пропущенному материалу, твоя помощь и не требуется, извини, что побеспокоили. – И она весьма ощутимо подтолкнула Алексу в спину.
Габриэл тоже подхватил Алексу за плечи, и они втроем двинулись по коридору. Странное чувство. Вроде все обернулось благополучно, но девушка ощущала легкое раздражение и растерянность, а потому, как только они скрылись с глаз Киана, сбросила с плеча руку Габриэла и, развернувшись к нему лицом, спросила:
– Как ты здесь оказался?
– Ты недовольна тем, что я вмешался? – удивился Габриэл. – Тогда прости, я думал, тебе требуется поддержка.
– Мне никогда не требуется поддержка. Запомни, что я справляюсь со всем сама, – отрезала Алекса.
– Разве? – Брови Габриэла поднялись. – Помню, когда я увидел тебя в океане, с развевающимися волосами и закатившимися глазами, у меня не создалось такое впечатление. Но прости, если вмешался невовремя.
Алекса только открыла рот, чтобы сказать что-то язвительное в своем стиле, как Рокси глубоко вздохнула.
– Все, голубки, воркуйте как-нибудь без меня, – заявила она. – Вижу, вам надо объясниться. А я пошла. И не нужно благодарности. – Махнув рукой, она побежала вверх по лестнице.
– Прости, нашло что-то. – Габриэл взял руки Алексы в свои и заглянул в ее глаза. – Понимаю, что ты сердишься за то, что я вмешался, но просто не могу видеть тебя рядом с этим типом. Дело даже не в ревности, хотя… да что там, не без этого, но он кажется мне очень опасным.
Тепло рук Габриэла согревало, и Алекса постепенно успокаивалась. Он прав, наверное, он поступил именно так, как следовало, не в первый раз пришел ей на помощь, а она разозлилась.
Увидев, что холодные серые глаза слегка потеплели, Габриэл уверенным движением обнял девушку и прижал ее к себе.