Больше всего аэроусеанцы напоминали необычайных милых рептиловидных зверьков, одетых в современные термокомбинезоны и вооруженные по эти самые ушки сидов. Оружие было примитивным (примитивнее, чем моя шхуна) веревки и ножи. Одно выбивалось из этого доисторического круга – предмет, который нейтрализовал Родгара. Он больше напоминал круглый камешек, что бросают в озеро, да только сработал он на «ура».
Следовательно, не стоило недооценивать внешний облик ауэроусеанцев, они владели тем, что нам было неизвестно. Но ежели нас еще не убили – от нас что-то было нужно, как всегда.
Эл и Гиль встретили нас сидя со связанными сзади руками в компании четверых из местных жителей. Гиль имел несколько потрепанный вид, а на его лице явственно читалась обида – он не смог отбиться от кучки туземцев. Обида сменилась потрясением, когда Гиль заметил Родгара, находившегося без сознания. Удивление ангелоса быстро сменилось маской холодной отрешенности
Эл заметно беспокоилась, и беспокоилась она о своем снаряжении. Все ее инструменты были небрежно разбросаны, а сида со слезами на глазах смотрела на происходящее изуверство над ее сокровищем – ее инструментарием.
МаРо тоже был частично обездвижен, на его экране светилась грустная моська с текущими слезами из глаз, и даже в такой, казалось бы, провальной ситуации я находила робобота милым.
Нас повели внутрь лачуги, это заставило нас троих переглянуться. Да, Создатель решил показать нам что внутри, не прибегая к помощи дара Эл. Так тому и быть. Мы спокойно последуем за ними, тем более Родгар в бессознательном состоянии, лежит связанный на транспортном боте. Без него никто никуда не отправиться.
Вселяло надежду то, что пока аэроусеанцы не причинили боль никому из нас. Возможно, мы сможем покинуть Аэроус живыми.
Мы переступили порог почти разваленной хижины и остолбенели, по крайней мере, я-то уж точно. Оказалось, за примитивным строением пряталась инновационная технология – гравилифт. Выглядел он не совсем типично, однако, был вполне узнаваем.
Всей толпой мы встали на спускающую площадку, а один из конвоиров ввел код и направление длинными, бледными пальцами на панели управления. Прозвучал предупреждающий сигнал, и площадка с очень высокой скоростью стала снижаться на тот уровень, который задал аэроусеанец. По длительности спуска я пришла к выводу, что мы стремительно мчались к самому центру, к ядру планеты Аэроус.
После плавного торможения площадки гравилифта перед нами отворились железные створки прохода и нас толкнули вперед. Больно мне не было, но ощущать себя «на веревочке» из стада – не самое приятное чувство.
Коридор, по которому нас вели, был совсем не похож на все, что мы видели до этого на этой дикой планете. Стены были оббиты металлом и утыканы разнообразными датчиками – больше напоминало космическую станцию. Мне сложно было представить то, что аэроусенацы прорубили горную породу и создали город еще ниже уровнем, чем подземный лес – это заставляло меня сомневаться в природе происхождения Аэроуса. Проверить свою догадку, пока не было возможности.
Нас действительно привели в комнату очень напоминающую корабельный мостик или главный управляющий отсек подземной станции. Здесь собралось довольно много аэроусеанцев. Среди них я не увидела ни одной женской особи. Из этой толпы выделялось трое, их обтекаемые термокостюмы имели белый цвет, а у всех остальных – универсальный черный.
Белое трио выглядело жутковато. Бледная кожа с голубоватыми чешуйками аэроусеанцев на фоне белоснежной униформы создавала мертвенный ареол вокруг них. В моем воображении представлялось, что белые стояли на самом краю от бездны, будто бы сама смерть витала вокруг них. Положение об их смертоносности усугубилось, когда я увидела всю глубину глаз белой троицы.
Только Создатель знал, сколько лет этим существам. Из черных глазниц выглядывало безвременье, даже у Барбаруса взгляд был не таким стылым. А мне всегда казалось, что древнее этого даймона-кровопийцы не могло существовать. Чем же эти трое платили за такую долгую жизнь? О цене Барбаруса я имела представление, а эти? Принимали кровяные ванны?
– Бескрылый ангелос, сида с технологическим даром, безрогий даймон-разрушитель и занятная полукровка. Господа, с чем пожаловали? – заговорил один из троицы на чистом межгалактическом языке.
Жаль, что Родгар пребывал в отключке, я предоставила бы ему честь вести разговор с существами, которые могли быть свидетелями зарождения вселенных. Лгать таким было чревато. Мне пришлось говорить правду, очень аккуратно и дозировано.