Талистрин сделал первый шаг, за ним внутрь прошли и мы. За горами золота стоял самый настоящий трон с резными ножками, у которых валялась перевернутая корона. И ведь раздобыл же…
Очень свежо и натурально я представляла, как кровавый Эдзард Таниан сидел на троне с короной на голове, маниакально пересчитывая монеты. Золото нещадно сводило капитана с ума, пока не уничтожило полностью.
– А что? Чары он прямо на пиратском престоле творил? – спросила Эл, с прищуром разглядывая мощное сиденье.
– Он мог бы. – ответила я, вместо белого ауэросеанца, и присоединилась к рассмотрению монаршего стула.
– Не совсем. Чары в самом центре планеты. – ответил Талистрин и стал отодвигать монструозное кресло. Эл почти угадала.
Под троном скрывался самый обычный люк на вентиле. За спрятанным под мягким местом люком скрывалась лестница. Не боясь, Талистирин начал спускаться.
– Сердце планеты выглядит, как … – недосказала Эл.
Ее перебил Гиль:
– Не продолжай, мы поняли, с каким местом твои ассоциации.
Я негромко рассмеялась, это действительно больше напоминало то, откуда растет хвост. Но, планету покинуть нельзя, выбора у нас не было – команде пришлось спускаться.
Лестница привела нас в маленькую круглую залу, где по всюду пестрили силовые линии, причем видимые. Клубок чар в самом деле напоминал сердце и даже пульсировал в непроизвольном ритме – это было не только сосредоточием чар, но и ядром планеты. Одно неверное вмешательство и все «налепленное» просто отвалится, и все мы погибнем вместе с искусственной планетой.
– Тьма! – выругалась я, представляя масштаб очередной западни, в которую мы угодили.
– Эм-м-м, – протянула Эл, – быстро нам эту проблему не решить.
– Почему? – искренне удивился Талистрин.
Он, конечно, присутствовал здесь когда-то, но, судя по всему, не совсем понимал, что здесь абсолютно все – чары! Тронь силовую нить – что-нибудь и разрушится.
– То есть, вы хотите сказать, что точно запомнили, какой поток энергии, за что отвечает? – уточнила Эл.
– Нет… – сокрушенно ответил Талистрин, подтверждая мои догадки о том, что он мало представлял опасность, таящуюся в сердцевине Аэроуса.
Талистрин отменно расшифровал особенности наших тел и восприимчивость к энергиям, но в этой путанице он помочь нам не мог.
– Я предполагал, в ключе таится подсказка. – сказал он с надеждой.
Эл пожала плечами, не исключая данную возможность, но, как и я, она мало верила, что все было так просто.
– Не стоит спешить. – веско произнес Родгар. – Вы осилите еще немного подождать, пока мы не будем уверенны точно, как распечатать планету.
Талистрин спорить не стал. Умереть вместо того, чтобы освободиться он не жаждал, как и все, кто находился на планете сокровищ.
– С чего будем начинать? – спросила я.
– С этого! – вмешался Родгар и активировал свой биопротез.
Красный лазерный луч просканировал все энергетические потоки – Родгар сохранил на боте все хитросплетения и завихрения нитей. И, как только сканирование было завершено, даймон скомандовал всем вернуться:
– Не обязательно торчать в душном подвале. Расшифровкой можно заняться и в более комфортной обстановке.
Скрипя зубами, Талистрин согласился и повел команду обратно, забрав ключ-карту с собой. Перед тем как оставить нас у гостевых комнат, на его железное терпение снова обрушился удар.
Эл, пихнув в бок Гиля, грозно прошептала тому:
– Попроси у него ключ!
Ангелос послушно потребовал бокс и даже крылья повторно продемонстрировал для лучшего эффекта. Согласие от древнего дракана было получено, но ушел он не в очень хорошем расположении духа.
– Постарайтесь не тратить время попросту! – на прощанье по-змеиному прошептал Талистрин, отливая голубоватой чешуей. Он явно был недоволен, но терпел. Только мы могли помочь ему, найти путь к свободе. Наверное, за эти вынужденные цепи он ненавидел нас, куда больше. Если бы он мог, то покончил с нами, не церемонясь, но вместе со второй ипостасью он потерял способность управлять энергиями. Талистрин мог только видеть разнообразные энергетические синапсы, а вот воспользоваться ими – увы. Он не мог самостоятельно распечатать планету. Мы ему были нужны.
И, наконец, пришло время погрузиться в решение проблемы, которая и нас касалась. Все мы изучали сердце Аэроуса. У каждого из нашей команды был свой способ в обработке информации, кто пытался отправить запрос, кто шерстил базу, которая была в доступе, не подключаясь ко всеобщему информационному каналу, кто рассматривал голограмму, изучая начало и ход энергетических линий, строя предположение о том, за какие чары линия несла ответственность.