— Галина, по домам, рабочий день окончен, у нас должно быть время для семьи, понимаешь, о чём я? Завтра начнём собирать факты, опрашивать свидетелей, мы же с тобой своего рода тоже следователи, только они улики ищут, а мы алиби стараемся найти, ну что я тебе объясняю? Сама всё знаешь.
— Согласна. Мне уже и сын звонил. — Быстро выключила комп, и мы вышли из конторы.
Ну пока, Галина, я к своим. Фёдор быстро уехал, а я в раздумьях пошла к машине, может, продукты домой нужны, решила позвонить маме и не успела.
— Здравствуй, Галя.
От этих слов мобильник выпал из рук! Мирон! Этот голос я узнаю из тысячи. Он быстро поднял телефон, подал мне.
— Спасибо.
— Даже так, а ты не изменяешь своему воспитанию, профессорская дочка. — Усмехнулся он. — Только зря вчера мимо дома проехала, меня видеть не хочешь?
Заметил, значит? Ну что же.
-- Верно. Не хочу. У меня мало времени, Мирон, что тебе надо, говори быстро. -- Вздохнула в ответ.
-- А ты ещё красивее стала, вон тот прилизанный не тебя ждёт? Смотрит на меня как на соперника.
Ты ещё здесь будешь мне какие-то домыслы высказывать.
-- Неужели старуха может стать краше? Она стареет с каждым годом. -- Усмехнулась даже, вспомнив его слова. -- Затем приехал, чтобы снова гадости мне наговорить? Поезжай обратно, мне неинтересно общаться с тобой, боюсь, снова подкинешь что-нибудь, а мне на зону, извини, не хочется. -- Я сняла машину с сигнализации, хотела сесть в салон.
— Галь... Прости меня... Я приехал прощения у тебя попросить, я... Хочу всё исправить...
— За что? За что тебя простить? Что ты хочешь исправить?! А может, ты мне ребёнка вернёшь, которого я по твоей милости потеряла?
— Галь...
А может, те полтора года, которые сын не говорил, поэтому отстал от ровесников, из-за психологической травмы, когда Кириллу сказали, что его отец бросил? И его бросил, и мать. Это ты мне вернёшь? Между прочим, всё случилось по твоей вине, это ты нас ниже нижнего опустил! Опозорил...
-- Галь...
Подошла к нему вплотную.
-- Уезжай и не смей мне на глаза попадаться! Понял?
Села в машину, оставив Мирона растерянным, с букетом роз в руке, только сейчас их заметила, глядя в зеркало заднего вида.
Глава 6. Мирон Завьялов.
Галя... Она беременна была? От её признания у меня в голове помутилось, беременна? И молчала? А... Что бы это изменило тогда? Ни-че-го! Галька! Как же так?! Я идиот конченый, тварь последняя! Чего тебе не хватало, Мирон? И что ты нашёл? Приключений на одно место? Точно, нашёл. Убила ты меня сейчас, просто убила...
-- Здравствуйте, Мирон Иванович, давно не виделись.
Это кто таким приторно-елейным голосом заговорил? Поднял голову, о, адвокат, Фёдор Михайлович, кажется, давно когда-то хотел морду ему набить, сейчас не буду.
-- На свидание собрались? С цветами... -- Он насмешливо смотрел на меня.
Ни слова не говоря, сунул ему букет, сел в машину и уехал. Ишь ты, насмехается, тоже мне законник. Да вы, адвокаты, любого преступника отмажете от тюрьмы, какие же вы законники?
***
Домой ехать не хотелось, в магазин загляну, узнаю, как там дела, фу ты, чёрт, и туда не хочется, сейчас никуда не хочется, никуда! Хочется в песок головой зарыться, как это страус делает, чтобы никого не видеть и не слышать. Сегодня я узнал страшные новости, что все эти магазины, разве они стоят ребёнка, который по моей вине не родился, по моей! И что Кирилл полтора года не говорил, когда узнал, что я их бросил. Нет! Я не человек! Скотина порядочная! Нет... Сейчас домой, надо подумать, как дальше поступить, ведь можно как-то выпросить у Гали прощенье, хоть у неё, сам себя я никогда не прощу.
-- Мирон Иванович, за вами следит кто-то, вернее, за домом, издалека. -- Сообщил охранник, а мне вообще плевать на всё было, пусть следят.
-- Та баба шальная, что ли? -- Усмехнулся, глядя на него. -- Ты, Виталик, мнительный стал, осторожный.
Тот пожал плечами.
Не баба, мужик какой-то, между прочим, стёкла бинокля сверкнули на солнце, и я заметил, подумал, что и вам стоит знать.
— Молодец, бдительный, а почему решил, что это мужик? Баба брюки надела и... Вполне за мужика сойдёт.
— Нет... Что я, совсем, что ли, дурак, мужика от бабы не отличу! Усы, всё как положено, да мужик, без слов понятно, лицо грубое...
— Усы, лицо... Усы приклеить можно, лицо загримировать, нет, Виталик, это не показатель мужской принадлежности. Но спасибо, что предупредил, у тебя тоже бинокль есть, так что будь внимателен, я за себя не боюсь, убьют так убьют, но... В субботу сына в гости привезу, за него да, так что сам понимаешь.