Мы с ним направились в кабинет.
-- Здравствуйте, Фёдор Михайлович, да всё нормально, относительно, конечно, нормально, вроде немного успокоилась, а душа всё равно болит, разве ребёнка удержешь дома? Боюсь, не послушается и убежит к друзьям, он ведь упрямый мальчишка.
Фёдор усмехнулся хитро.
-- Такие мы, мальчишки, не хотим в грязь ударить лицом перед друзьями и девчонками, естественно, Кириллу десять в декабре, а в этом возрасте уже влюбляются, поверь.
Верю, конечно, как не верю, самой лет в одиннадцать один мальчик нравился, старше года на три, звали его Витя, а вот фамилию не помню.
— Понятно. Вчера Мирон приезжал к сыну, и мне страшно, это же опасно, за ним слежка, наверное, я ещё раньше замечала странную машину, которая следовала за ним.
Фёдор задумался.
-- Так... Вот с этого места подробнее. Он что, не первый раз к вашему дому подъезжает? Я-то думал, что он сюда однажды приехал только, к конторе.
-- Да нет, пару раз точно, хоть не говори, ответ один: «Я к сыну». К сыну он-то и не вспоминал о нём, а тут.
-- Галь, не знаю, что происходит, но вам реально грозит опасность, и как защитить и тебя, и Кирилла, я не понимаю.
-- Я тоже, правда, думаю, что никак, нельзя защитить от невидимого и незнаемого убийцы? Кто он? Не Элла же стреляла, думаю, здесь работал человек с навыками убивать. И бояться уже надоело, два дня как руки-ноги дрожали, хватит.
Фёдор согласился со мной, началась обычная работа, рутина, что называется, подготовка к очередному судебному процессу, немного отвлеклась от грустных мыслей, и звонок на телефон, я вздрогнула, уже звонков бояться стала... Номер незнакомый, интересно, кто это? Надо ответить, вдруг новый клиент, да вроде не должно, обычно клиенты на стационарный звонят.
— Алло? Я Завьялова Галина Николаевна, помощник адвоката, вы позвонили в адвокатскую контору Литвинова, слушаю вас. — Заученным текстом автоматически ответила.
— Галя, это я, что-то Кириллу не дозвонюсь, скажи, он дома?
Мирон! Чтоб тебя! До инфаркта этот бывший доведёт, точно!
— Ты где номер моего телефона взял, Мирон? — Едва перевела дух. — Не звони мне! Понятно?! Да, Кирилл дома, сейчас занимается, наверное, поэтому телефон отключен.
— Галь... ты...
Отключила телефон, это ты пошёл к чёрту, с кем меньше всего общаться и говорить хочу, так это с тобой. Вот ведь досада! Набрала мамин номер, спросить надо.
— Алло? Мам, чем Кирилл занят?
— Галя, да у него занятия сейчас, он дома, не переживай, ну что ты так волнуешься, всё нормально. — Ответила мама, а голос не такой, как всегда, дрожит, господи, скоро все психами станем.
— Хорошо, мам, да... Мирон звонил мне, представляешь? Наверное, у Кирилла номер подглядел.
— Понятно, ему что ещё надо?
-- Спрашивал, где Кирилл, сказала, что дома, и вот решила сама позвонить, ладно, я работаю, смотри за сыном, пожалуйста. — Попросила её.
— Само собой, Галя, да дедушка от него не отходит. Работай спокойно.
***
Неделя прошла спокойно, никаких происшествий, никаких новостей, Мирон приезжал пару раз, но я с ним не говорила, приехал к сыну, общайся, хотя надо бы запретить эти общения! Но... Желание сына для меня закон, как я могу запретить с родным отцом общаться? Никак.
— Мам, ну можно я в школу пойду? Видишь, никто ни за кем не следит, всё нормально. — Мальчишке не хочется дома сидеть, с друзьями поиграть хочется.
Что тебе ответить, сын?
-- Договаривались на две недели, Кирилл, а вообще-то надо бы, пока не арестуют этого снайпера.
-- А что, в меня снайпер стрелял? Ни фига себе! — Удивился мальчишка.
-- Может, без таких слов обойдёмся, Кирилл? -- Ну вот нахватается всяких словечек на улице, а потом вставляет их во время разговора.
Сын отрицательно закрутил головой.
— Не обойдёмся, обалдеть, мам! И погулять хочется, и нельзя, а дедушка выходил, как думаешь, он дедушку не убьёт? Ему ведь всё равно?
— Дедушку? А зачем ему дедушка? Нет, нет, сын, он убьёт или тебя, или меня.
-- Думаю, что дедушку он убивать не станет, не переживай, давай рассказывай, как учёба идёт?
-- Учёба идёт хорошо, друзья звонят, смеются надо мной: «Кир, ты сачкуешь, а мы учимся», отвечаю: «Мне нельзя, за мной убийца охотится», они ржут: «Это что? Квест такой? Выходи во двор, мы тоже поиграем, и вообще, хорош прикалываться, выходи, правда, на самокатах погоняем». Вот так, мам, не верят, особенно Петька Жуков, тот вообще больше всех хохочет.
-- Не понимает ещё ничего, не знает, как это опасно, вот и хохочет, ты, сынок, не слушай его, ради меня, прошу, не выходи. Отец не звонил?
-- А, он приедет сегодня, у него новости для тебя какие-то, так сказал, мам, правда не знаю, он не говорил мне, да, Вампир уже дома, правда ещё слабый, но ест хорошо, скоро сил наберётся, я рад, что он жив остался, а то получается, что я бы в его смерти виноват был.