— А кто налаживает аппаратуру; настраивает и все такое?
— Есть у нас специалист. Марк Кофман. Я скажу, сильно в этом деле шарит…
— И все? Весь штат — пять человек! И такое классное радио!
— Ну, если быть точным, то приходит еще, конечно, уборщица, — вынужден был признаться польщенный капитан Грант. — Девочка-студентка.
А как же Юра, которого в «Евдокии» все любили?
— А это, значит, у вас аппаратная, — уточнил я, заглядывая в окно.
— Совершенно верно.
Кроме аппаратуры и желтоволосой девушки диджея, через окно была видна еще одна железная дверь.
— А там что? — спросил я.
— Пока ничего. Будем еще одну аппаратную делать, но это, наверное, не скоро — с финансами проблема.
Я скорбно покивал: дескать, ничего удивительного, с финансами всегда проблемы, и предложил:
— Может быть, я еще за пивом схожу? Или винишка по чуть-чуть?..
— Спасибо. Сегодня еще работать надо. А это так, — Андрей небрежно кивнул в сторону «Бендера», — похмельный синдром снять.
— …Ах да, насчет пластинок из Индии, — вспомнил я перед уходом. — У меня с собой-то их нет, а в течение дня, может быть под вечер, я завезу…
Радушный капитан Грант ничего не имел против такого расклада.
Я в задумчивости вышел в коридор. Если за железной дверью еще не скоро они собираются оборудовать еще одну аппаратную, зачем перед ней лежит протертый коврик, вырезанный из ковровой дорожки? И если в штате «Лотоса» пять-шесть человек, которые работают посменно, почему из банки на кухне торчит такой густой букет вилок? Ох, я наблюдательный!
Теперь понятно, что таинственное помещение имеет еще один выход в коридор — железная дверь плотно закрыта. За нею — тишина.
В кухне продолжала манипуляции над похлебкой давешняя круглоголовая бурятка.
— Как мне найти девушку, которая в студии пол моет? — ревизорским тоном поинтересовался я.
— Это Валя.
— Какая Валя? — еще строже спросил я.
— Ломбоцыренова. Мы с ней в одной комнате живем. Только ее сейчас нет. А вам зачем?
— Не понял. Ломбоцыренова — это фамилия такая?
— Да.
— Тогда почему Валя Ломбоцыренова не все комнаты моет? Вот там, где будет еще одна аппаратная, как будто неделю уже не убирали.
— Какую аппаратную? Вы имеете в виду ту комнату, за железной дверью?
— Вот именно.
— А ее и не надо убирать.
— Как это не надо?
— С самого начала сказали, мыть только две комнаты, а дальше не надо.
— А ты откуда знаешь про железную дверь?
— Я Валю подменяла, когда она уезжала, но Андрей, это самый главный у них, был в курсе и не возражал.
— А что там за дверью?
— Я не была там и не видела. Видела только, что какие-то мужчины туда ходят.
— Через какой вход ходят — отсюда или через радиостудию?
— И так, и так…
— Каждый день ходят?
— Похоже.
— Много мужчин?
Круглоголовая пожала плечами.
— Плохо! — огорчился я. — Считать надо!
Круглоголовая совсем растерялась, не в силах понять, за что на нее наезжает незнакомый начальник, и с какой стати она должна кого-то считать. А если действительно должна?
…Круто развернувшись, я вернулся в студию, где в прихожей нос к носу столкнулся с Андреем…
Вообще-то, конечно, по-хорошему, стоило наведаться сюда попозже в сопровождении хотя бы одного боевика, но, опять же, боевика искать, деньги платить… Что, я с какими-то мужчинами сам не справлюсь? Тем более, раз уж пришел…
…Вздрогнув от неожиданности, Андрей пояснил:
— А я дверь хотел закрыть.
— Правильно. На ключ запираете?
В красивых глазах капитана Гранта зажглись огоньки нехорошего предчувствия.
Быстро повернув в двери тяжелый сейфовский ключ и сунув его в карман, я втолкнул растерявшегося Андрея в комнату на диван: Кажется, капитан готов, к дополнительным средствам психологического воздействия прибегать не придется.
— Та дверь не заперта? — кивнул я в аппаратную.
— Наверное, заперта.
— Ключ есть?
— Точно нет! Точно.
— А там, собственно, что находится?
— А вы, собственно, кто? — Андрей сделал робкую попытку выправить положение.
— Повторяю: что за дверью?
— Не знаю. Просто люди работают. Сказали, что это какой-то тоже радиоотдел. Вроде нашего. Но засекреченный.
— Сколько там сейчас человек?
— Трое.
— Вооружены?
— Не знаю.
— Ну, а допустим, как вы их зовете чай пить?