Роберт верно оценил обстановку, не стал проходить глубже в комнату и опустился на пол, не отходя от двери. Облокотился на решетку, запракинул голову и закрыл глаза. И кажется, даже умудрился задремать, да только ледяной голос вернул его в реальность.
– Ты Хэмилтон? – спросил оказавшийся подозрительно близко светловолосый парень.
– И что с того? – хрипло ответил Роберт и аккуратно вытер последние капли крови, поползшие из носа по губе.
– Ты ведь трудишься на верфи старого Дженкинса?
Хэмилтон пристально посмотрел в глаза говорившего и тихо произнес:
– Какого хрена тебя от меня надо?
Ответом ему была кривая усмешка и легкий щелчок.
Внезапно Роберт перестал чувствовать ноги, затем онемение медленно поползло вверх.
– Через несколько минут, когда ты перестанешь чувствовать и руки, твое сердце остановится.
Глаза незнакомца стали безразличными, и он уже собирался уходить, когда Роберт схватил его за предплечье.
Времени было катастрофически мало, поэтому вместо слов, Хэмилтон сбросил все эмпатические щиты и буквально через кожу потянул из ирландца чувства. Нашел больную точку и надавил.
Противник упал на колени и заскулил.
– Через несколько минут, если я не прекращу, у тебя вскипит мозг, – зло проговорил Роберт.
Он откровенно блефовал. В его нынешнем состоянии мучения оппонента закончились бы, как только онемевшие пальцы выпустили руку. И это могло случиться в любую секунду.
– Хэмилтон, отпусти его! – раздался грубый голос с лавки. – Джаспер, прекрати!
Рука Роберта безвольно упала, мучения светловолосого парня прекратились. Тяжело дыша, он обернулся на Хэмилтона и хотел что-то сделать, но рыжебородый бросил:
– Хватит, я сказал.
Недовольный противник щелкнул пальцами, и все прекратилось. Роберт вновь смог ощущать свое тело и не удержался, чтобы не размять ноги и не ущипнуть себя за руку.
Тем временем светловолосый Джаспер с трудом поднялся, сделал пару неуверенных шагов в сторону своего угла, но вынужденно приземлился на лавку.
– Силен, ублюдок! – глухо произнес он. – Не ожидал. Кажется, придется вернуть аванс. А ты, Финнис, говорил, что нам повезло зажать его тут.
– А нам и повезло, – отозвался бородатый, встал, подошел к все еще сидящему на полу Хэмилтону и протянул руку:
– Извини брата, но работа есть работа. Я, кстати, Финнис Флэнеган. Вставать будешь?
Роберт злобно посмотрел на амбала, но помощь принял и поднялся.
– Мое имя вам и так известно, – скривился он. – Только откуда все еще не понятно. И при чем тут работа?
– Ты, что тупой? – хмыкнул Джаспер. Финнис на него шикнул, парень махнул на брата рукой и растянулся на лавке.
– Ты перешел дорогу какому-то богатенькому мальчишке. Очень злому и обиженному, а потому глупому. Мы вернем аванс. Живой ты нужнее.
– Вот уж спасибо! – ехидно воскликнул Роберт.
– У меня к тебе деловое предложение. Ты ведь телепат?
От такой резкой смены темы разговоры, Хэмилтон даже забыл нахамить в ответ.
– Нет, я эмпат.
– Еще лучше! – повеселел Финнис. – Я предлагаю тебе долю в нашем скромном бизнесе.
– Вот так просто? Прямо здесь и сейчас, когда мы знаем друг о друге только имена? – Роберт не поверил своим ушам.
– В общем-то да, – спокойно ответил собеседник. – Но лучше, конечно, это обсудить в более спокойной обстановке. Карл, выпускай!
В коридоре раздались шаркающие шаги, зазвенели ключи и в тусклом свете около камеры нарисовался тот самый Карл, что совсем недавно сюда Хэмилтона и посадил. Скрипнула дверь, открываясь. Джаспер проворно вскочил с лавки и в пару шагов оказался снаружи. Его брат вышел следом. Только Роберт остался с удивлением смотреть на открытую камеру и полицейского.
– Тебе особое приглашение или предпочитаешь провести ночь здесь? – злобно проговорил Карл, демонстративно помахав ключом. Особого приглашения Хэмилтону не требовалось, и он моментом выскочил из камеры, под скрипучий смех братьев.
Когда троица перешагнула порог участка, часы на Главной площади пробили полночь.
– А вот и суббота! – довольно сообщил Джаспер и потянулся. – Раз уж ты, Финнис, решил привлечь этого тупицу к нашим делам, то начинать стоит именно сегодня. Предлагаю опрокинуть стаканчик за знакомство и в честь праздника. День святого Патрика, как ни как.