- Здравствуйте. Гости на Новый год – это к счастью. К тому же я столько всего напекла. Хоть кто-то оценит. Проходите.
Они прошли в уютную гостиную с мягкими диванами и большим накрытым столом с праздничной сервировкой.
- Я Софья Андреевна. А вы?
- Лена. Лена Селиванова.
- Очень приятно. Я слышала эту фамилию. Не помню, где. Прошу, скорее к столу, а то куранты скоро отобьют полночь. И мы окажемся в новом году. Совершенно в новом! Чудо какое, - и она счастливо улыбнулась.
Даже не верилось, что невысокая худенькая дама с седыми волосами и милой улыбкой – мама этого огромного великана.
Скинув пальто на кресло, Леонид открыл и разлил по бокалам пенящееся шампанское. Лене принесли тарелку и приборы. Они чокнулись и пожелали друг другу счастья. Его мама подкладывала ей салатики и радовалась тому, какой чудесный сюрприз устроил ей сын, привезя на праздник девушку.
После часа ночи он отвёз её домой. Лена снова неловко вылезла из его огромной машины.
- У вас чудесная мама. Совсем, как моя. Я подумаю, Лёня. Обещаю, - и Лена захлопнула дверцу…
***
Неделю они с подружками паковали остатки Лидиных вещей – одежду, книги, посуду, бытовую технику, толстый ковёр.
Большую часть отвезли на квартиру к Лене, всю мебель продали, и вынесли к контейнерам пакеты со старыми ненужными вещами.
Вечером шестого января ей позвонила какая-то девчонка и сказала, что её бабушке плохо.
- Что там такое? – спросила Лена.
- Не поверите, но я уезжаю, - вздохнула Лида.
- Куда? – удивилась Лиза.
- В сердце Пармы, - хмыкнула Лида.
- Куда? – хором спросили подруги.
- В Чердынь. Небольшой город под Пермью. Не знали, что я с Урала? У нас пермяцкие корни. Соседка звонила. Сказала, что бабуле нехорошо.
- Погоди, ты часто упоминала бабушку, но я не думала, что она жива.
- Да, и я тоже, - кивнула Лена, - сколько же ей лет? Твоя мама же умерла года два назад, а бабушка, получается, жива?
- Жива. Госпоже Исцеляй сейчас девяносто три года.
- Ого! – ужаснулась Лиза, - как же она выглядит?
- Как сушёный инжир, - хихикнула Лида, - или как шарпей.
- Как ты сказала, её зовут? – переспросила Лена.
- Я не говорила.
- Ну, не томи! – воскликнула Лиза.
- Зовут её Анастасия Ивановна. Но последние полвека её называют госпожа Исцеляй. Это долгая история. Лен, будь другом, закажи мне билет на самолёт до Перми. Оттуда я поеду на автобусе и на такси. Надо снять наличку…
Глава 5. Рождественские истории. Лида
Рождество Лида провела в дороге. Проезжая по улочкам Чердыни на такси, вспоминала детство и юность. К выпускному классу она могла лучше любого гида провести экскурсию в этом историческом музее под открытым небом. И тогда же поняла, что не готова стать музейным экспонатом, застыть, как застыла мама после смерти отца и дяди. Она сбежала из дома и вместо Соликамского пединститута, который ей прочила мама, поступила в Московский архитектурный. Вместо этого унылого древнего деревянного зодчества она хотела проектировать и строить небоскрёбы.
Сейчас уютные деревянные домики и каменные храмы её умилили. Сердце отзывалось на резные наличники и белокаменные башенки, глаза увлажнились.
Она приехала в старый деревянный дом на высоком берегу Колвы под вечер. Из соседнего дома выскочил юркий мальчишка в синей шапке с огромным помпоном. Одной рукой он поддёргивал штаны, второй отодвигал шапку со лба.
- Ты кто, а? Кто ты? Кто? Скажи, ты кто?
- Вот рыба-прилипала. Так, хорошо, не мешайся, я расплачусь.
Лида отдала водителю наличку, которую благоразумно разменяла ещё в Москве, и повернулась к пацану.
- Так, беги и раззвони всем, что к госпоже Исцеляй приехала её внучка из Москвы – навестить бабушку. На, на конфеты тебе, - и она дала ему сто рублей.
- Ох ты! – пацана аж распёрло, он крутанулся на месте и вдруг стартанул по улице, лупя в каждую калитку и вопя, что есть мочи, - приехала маленькая госпожа Исцеляй! Маленькая госпожа Исцеляй приехала из Москвы к бабушке!
- Эй! Я не госпожа Исцеляй! Я всего лишь её внучка!