Колода словно притягивала её, пальцы сами тянулись к картам, как только она просыпалась, сразу, как только отрывалась от топки печи и готовки, от уборки и стрики. Она рассматривала их, вглядываясь в самые мелкие детали. Набрав в поисковике на телефоне карты таро, она определила, что бабушка пользовалась колодой Уэйта. Изучая значение и толкование карт по интернет-источникам, она вдруг начала по-новому смотреть на вещи в доме бабушки.
Розы и бабочки на платьях и платках, керамические фигурки граната и двух лебедей, каменная гроздь винограда, посох, старые монеты в вазе для фруктов на столе, сабля пра-прадеда над ковром в гостиной, сноп сухих колосьев в вазе под иконой, картинка со старинным замком, вырезанная из журнала и вставленная в фоторамку – всё теперь казалось ей наполненным тайными смыслами, символами вполне реального, а не мистического знания, которое было доступно бабушке, но ускользало от неё.
Она всматривалась в лица старших арканов, и они пугали её, но не как какие-то идолы, а как незыблемые основы, как горы, которые нельзя сдвинуть с места, или как течение рек, которое нельзя повернуть вспять, пугали своей неотвратимостью, которую она в них чувствовала. А вот масти, в которых она не сразу разобралась, её чуть успокаивали, казались проще и понятнее, и она сравнивала их с картой-путеводителем в незнакомом городе, с надписями на стенах домов с названиями улиц и номерами. Они помогали ориентироваться. Она попробовала сделать свой первый расклад на то, стоит ли ей вернуться в архитектуру. Ответ колоды был однозначным – не стоит. Пустые хлопоты.
Лида задумалась о том, зачем она вообще гадает. Ответ напрашивался сам собой – чтобы узнать будущее. Но согласно бабушкиным записям нужно было не просто спросить, что тебя ждёт, а что тебя ждёт, если ты поступишь так-то или сделаешь то-то. То есть гадание нужно было, чтобы выбрать, какое будущее лучше – лучше для неё. Сообразив, что так она сможет влиять на своё будущее и, возможно, избегать ненужных ошибок, потерь и разочарований, Лида вдруг задохнулась. Голова закружилась, и она присела. И взяла в руки колоду. Стало легче дышать. Она прикрыла глаза и успокоилась. Страх ушёл. Совсем.
Открыла она глаза уже совсем другим человеком и другой женщиной…
***
На девятый день с ухода бабушки она с утра наварила борщ, нажарила котлет и рыбы, напекла плюшек, приготовила компот, к полудню составила в опустевшей гостиной столы, расставила на скатерти тарелки и распахнула двери.
Народ со всей улицы пришёл на поминки.
- Это вот на окно поставь, деточка, - протянула ей свечи Макаровна, - из храма принесли. Для молитвы за упокой души.
- Спасибо. Проходите.
Лида щёлкнула зажигалкой и поставила толстую восковую свечу на подоконник, попалив ей низ и укрепив на блюдце.
С Галей они наливали борщ по тарелкам и ухаживали за стариками.
Обе были в чёрных кофточках и юбках, в одинаковых чёрных косынках, и стояли плечом к плечу, как сфинксы на карте Колесницы. Только у Лиды на груди мерцал золотыми бликами керикион.
- Э, не хотели тебя беспокоить, Лидочка, но девять дней прошли, а жизнь продолжается. И в этой жизни многие люди страдают от хворей, - завела разговор одна из тёток, - а целительницы больше нет. Пора бы тебе начать свой путь в этом деле. Что скажешь, госпожа Исцеляй?
- Я не госпожа Исцеляй. И бабушкиного дара у меня нет.
После паузы начался гул. Народ заворчал и загудел как разворошённый пчелиный улей.
- Как это нет? А Макаровна? Ей же полегчало!
- Это не я, это ещё бабушка сделала, - сказала Лида, - Я не могу. Мы с кузеном продаём дом, я уезжаю. Извините.
- Что?
- Да как же это?
- Но так же нельзя!
Все возмущались. Один из стариков, изрядно поддатый, встал, резко отодвинув стул, и пошёл на Лидию, грозя пальцем. Она отпрянула к окну и толкнула блюдце. Свеча упала, штора вспыхнула.
- Пожар, - побелевшими губами прошептала Лидия и заорала, - пожар!
Старики вскочили и, толкая друг друга, побежали прочь из дома.
- Тушить надо! – крикнул тот старик и плеснул на штору из графина.
- Стой! Старый дурень! Это же водка! Беги, на улицу!
Лида вытолкала его во двор, а сама побежала в спальню к бабушке.
Распахнув окно, она подтащила к нему неподъёмный мешок с книгами и кое-как выкинула на улицу. Хотела выбросить и коробки, но в зале загудело пламя, раздался взрыв.