- Да, я помню. Давай, заходи. И не груби.
- Это я ещё не грубила. Серьёзно: заскучаю – уйду.
Они поднялись на лифте под крышу высотного здания. На выходе Лиза споткнулась и фыркнула.
- Руку мне подай. Каблуки, зараза, неудобные.
- Зато красота какая. Тебе очень идёт. Потерпи. Скинешь их под столом, - и Русик подал ей руку, отставив локоть.
- Ни за что! Чай не из колхоза.
- Да неужели, - и он недоверчиво на неё посмотрел.
- Ну, не до такой степени, - и Лиза искоса на него посмотрела, - Всё про меня узнал, да?
Он снова ехидно улыбнулся, но сразу стал серьёзнее.
- Всё, что можно было. Ничего криминального. А семьи не выбирают. Не переживай, душа моя.
Лиза вдруг встала, как вкопанная, на месте и повернулась к нему.
- Дорогой, как у тебя нет воображения, так у меня нет души. Я никогда не переживаю. Не из-за мужиков точно, - и тут же сменила ядовитое выражение лица и интонацию на более жизнерадостные, - а поесть люблю. Какой столик?
К ним подошёл администратор и провёл к столику около круговой балюстрады – прямо напротив огромной золотой люстры.
- А у окна не было? – закапризничала Лиза.
- Ты в окно будешь смотреть или публику разглядывать?
- Есть буду. Давай, корми меня уже.
- Хорошо. Садись.
Им принесли вазу и меню. Лиза отдала меню спутнику.
- На твой вкус. Посмотрим, что ты про меня нарыл.
Потом лениво и как бы невзначай постреляла глазами по залу.
- Есть кто-то стоящий? – тоже как бы невзначай спросил он.
- Не особо.
- Ну, и слава богу. Вино будешь? Или продолжишь вискарь?
- Мороженое буду. После ужина.
Им подали говяжьи стейки со спаржей и сырную тарелку.
- Может, шампанское?
- Мы что – дети? Хотя. Валяй, давай шампанское.
Лиза начала есть, красиво снимая кусочки с вилки пухлыми губами.
Её спутник завороженно на неё смотрел.
- Ты очень красивая.
- Знаю. Ты о себе расскажи. Чем занимаешься, сколько лет, с кем на меня поспорил? Давай, колись.
- Я не…
- Не лги! Что поставили на кон?
- Я никогда в жизни не стал бы играть с честью женщины. Никогда.
- С честью никогда. А с жизнью? С карьерой? С этим можно играть?
Руслан набычился и замолчал.
- Налей.
Он добавил ей шампанское в бокал.
Она молча ела. Он на неё любовался.
- Мороженое нам принесите, - позвал официанта Руслан, - пломбир с вишнёвым сиропом.
- О, да ты прямо разведчик, - съязвила Лиза.
- Кофе ещё сделайте.
Официант кивнул и ушёл. Лиза сыто вздохнула и откинулась на бархатную спинку кресла.
- Ну, я поела. Правда, стало лучше. Что там дальше по плану?
- По кофе. Потом вниз. Через пару дворов есть приличный караоке-бар.
- О, Руслан Николаевич, здравствуйте. Просто подошли поздороваться, - прощебетала около них яркая крашеная блондинка в мини-платье под кожу питона, увешанная золотом.
За ней стояла такая же фактурная крашеная брюнетка в леопардовом платье. Обе были с огромными губами и грудями, выскакивающими из декольте.
- О, Эмма, Римма. Привет. Рад видеть.
- Мы с сестрой отмечаем удачную сделку. Выпьете с нами?
- Он пьёт со мной сегодня, - развернулась к сёстрам Лиза, - но завтра попробуете снова. Удачной охоты, дамы.
Руслан проглотил усмешку и отвёл глаза.
Сёстры сложили губки куриными гузками и прошли дальше.
- Прямо сквозняк создали. Это ж надо так вилять бёдрами. И эти диковатые принты из джунглей. Кошмар с базара. За них даже как-то глупо выцарапывать твои наглые глаза.
Руслан не выдержал и расхохотался.
- Живи долго, душа моя, развеселила.
Лиза холодно на него смотрела.
- Рада за тебя. А вот я заскучала.
- Только не уходи. Я сам тебя уведу отсюда. Только счёт оплачу. Погоди…
***
Вокруг них зазвучала музыка, и время ускорилось и понеслось в ночь. Он пел ей в караоке баллады о любви приятным глубоким тенором, потом они танцевали, пока пели другие. Прижимая её к себе в танце за голую спину, лаская пальцами нежную кожу, Руслан шептал ей всякие нежные глупости, хорошо хоть не пошлости.