Дача. Вторая неделя.
Мы всей семьей идем в лес за ягодами.
Солнце уже встало и высушивает росу на траве. Но у нас еще мокрые сапоги.
Пес, который, одурев от новых запахов, носится от одного человека к другому, видимо, считает всех своим стадом, которое нужно постоянно контролировать.
В такую рань еще немного зябко. Но настроение у всех прекрасное и состояние бодрое.
Мы не стали заходить на мост через реку, пока по нему не пролетел, раскачивая железные балки, грузовой поезд.
- Опаздывает… - Говорит дедушка Коля, подводя механические часы «Победа».
Наш дед – истинный любитель всего отечественного. Ложек, памятников, поездов, традиций, березок, лесных грибов.
Когда он смотрит телевизор, вечно возмущается:
- Вот и пускай едут к едрене фене… Тоже мне – буржуи! Запад, запад… А мне и здесь хорошо. Да, грязно! Да, бескультурщина! Зато Бог на этой земле живет. Только ради этого можно и потерпеть.
И правда, терпит. Я очень его уважаю за это.
Но мы отвлеклись.
Стоять на мосту в момент, когда по нему проезжает состав из груженных лесом и углем вагонов, считается у мальчишек настоящим героизмом.
На это способны не многие.
Но сейчас с нами взрослые, которым подобный героизм кажется опасным баловством. Я думаю, что они были правы.
- В том году один паренек соскочил с моста… - рассказывает дедушка. – А в реке его закрутило водоворотом… Так и не нашли.
Лихая смерть у парня. Я думаю, что это не единственный случай.
Сразу за рекой лес редкий и, в основном, лиственный.
Через час пути мы заходим в настоящую тайгу, где растут огромные ели и сосны, а по земле стелется пушистым ковром мягкий мох.
Звуки в таком лесу сказочные. Птичий свист или хруст ветки слышатся, как в хорошей студии звукозаписи. Или как в маленькой комнате.
Солнце уже греет на всю мощность. Его лучи пробиваются сквозь ветки удивительной декорацией. Даже в кино такого не часто увидишь.
Собака давно высушила свою шерсть и где-то нашла липучий репейник. Пес радостно перепрыгивает лежащие сучья и небольшие кусты.
- Научите его красноголовики находить. – Сокрушается дедушка. – Чего зря энергию переводить…
«Ау!» - где-то реагирует на голос бабушка.
Мы заходим на одну из дедовских ягодных делянок.
Здесь растет самая вкусная ягода на всю округу. Дед один знает месторасположение подобных плантаций, потому, что еще геологом бродил по этим местам в поисках газовых месторождений и изучил все достопримечательности здешних лесных кладовых.
Каждый год урожай ягод и грибов на определенных полянках поражает даже его.
Ягоды здесь отменные. Голубика большая, как виноград и совсем не синяя, а бледно-изумрудная.
Дедушка указывает нам место привала под сосной и обходит всю поляну. Наша собака гордо устремляется за ним. Чувствует себя в роли орденарца.
Через пять минут, мы слышим ворчание деда и, как пес облаивает белок. Теперь это его территория, где «пасется» вся стая, и посещение ее без согласия со стороны чужаков считается нарушением.
- Да, успокойся ты, черт тебя дери… - Кричит на него дедушка. – Вот, беспокойная душа! Ты же не в лесу находишься!
А мы тем временем отдыхаем. Греемся на солнышке и готовимся завтракать.
Завтрак в лесу – это высокая поэзия приема пищи. Настоящее гурманство, даже если жуешь простой бутерброд с колбасой и запиваешь сладким чаем из термоса.
Собака клянчит у каждого по чуть-чуть в те мгновения, когда выбегает из лесной чащи.
После завтрака в лесу вдруг неожиданно понимаешь, что жизнь, в сущности, уже удалась и о будущем как-то не задумываешься.
- Так! Все! Подъем! – дедушка Коля надевает свой знаменитый плотницкий берет и распределяет между нами ягодные грядки.
- Я буду возле той речки собирать. – Говорит Люся.
- Разбегайся посильнее и перепрыгивай этот ручей! – Дедушка советует Люсе.
Девочка неуклюже разбегается, прыгает, и с визгом приземляется в самый центр холодного ручейка.
Пес резко поворачивает головой в сторону Люсиного крика, гулко гавкает, но не сходит с места, где пытается выкопать длинный корешок какого-то деревца.
Мы с шумом вытаскиваем Люсю из канавы. Я подбираю застрявший в мокром песке резиновый сапожок.
- Ну, как водичка? Можно купаться? – Спрашиваю я.
- Сам попробуй…
- Вряд ли у меня получится попасть в этот ручей. Я его легко перешагиваю.
- Очень смешно. Что мне делать-то теперь?
Люся вымокла по пояс. Мы усадили ее под ближайшую сосну и пытаемся развести костер.
Удивительное дело – родственники. Они не просто похожи друг друга, но и поступки иногда совершают идентичные.
Вот, к примеру, этот ручей.
Дедушка не зря советовал Люсе разбегаться посильнее. Ведь пару лет назад он так же пытался перепрыгнуть этот самый ручей, в этом самом месте.
Но приземлился аккуратно в его центре. Затем промок, сидел под сосной, грелся у костра и сушил на ветке свои шерстяные носки.
И вот теперь…
- А носки-то я тогда забыл с ветки снять. Надел запасные, а эти, которые сушил, забыл… - Дедушка снимает с ветки полинялые от талого снега и дождей носки, пробует их на сухость и протягивает внучке. – Вот ведь чудеса!
Мы сидим у костра и глубоко осознаем наши родственные связи.
Где-то в лесу лает пес. Наверное, гоняет лягушек.
Трещат в костре еловые ветки. Дедушка вспоминает, как он воевал.
Мне запомнился рассказ про то, как они, экипаж подбитого танка, вытаскивали из горящей машины своего командира.
Дело было под Курском. Дед служил механиком-водителем Т-34. Экипаж – три человека. Он, стрелок-радист и командир, который сидит в башне боевой крепости.
В очередном танковом сражении получают прямое попадание вражеского снаряда.
Горящий внутри танк – это адская печка. Огонь вырывается из всех щелей.
Дед выскочил через свой люк, стрелок выполз из днища. Командир пытается выбраться через люк в башне.
На командире танка через плечо навешано много всего. Автоматы, планшеты, бинокль, сумка с противогазом. В спешке выбраться из узкого отверстия не просто. А тем более, когда из этого отверстия еще и вырывается пламя огня.
- Бросай! Перерезай! Горишь! – кричат ему раненные друзья.
Несколько секунд хватило, чтобы языки пламени «вылизали» человека основательно.
Подоспевшие на помощь бойцы смогли обрезать лямки сумок и повалить командира на землю.
Дед очень ярко всегда рассказывал, как мгновенно вспухло лицо человека, превратившись в сплошной ровный шар. И как они пытались патроном проколоть ему обожженную кожу в районе рта, чтоб не дать задохнуться.
Жуткие картины. А может, это я всегда ярко воспринимал его рассказы о войне.
Такого в учебниках не прочтешь.
- Я уже высохла. – Говорит Люся.
Мы расходимся по распределенным кустам голубики.
Война быстро забывается. Костер потухает.
Вокруг снова светит солнце, поют птицы и наш пес бегает от одного человека к другому.
Дедушка Коля всегда ко всем относится по-доброму. Сколько я его знаю, ни одного грубого слова в адрес людей он не скажет.
А вот с нашей собакой у них идет настоящая война. Пес очень любит деда и поэтому проделывает с ним невероятные фокусы. Как с конкурентом на право называться вожаком стаи.
Вот и сейчас мы слышим, как дед гонится за собакой с яростными криками:
- Отдай берет, «итить твою мать нехай»! Целый час ведь собирал…
Шнауцер, держа в зубах дедовский синий берет, с высыпающимися из него ягодками, весело скачет через лежащие ветки и небольшие кусты.
Теперь они не будут друг с другом «разговаривать» пару дней.
Я вам точно говорю, «к бабке не ходи»!