Отец редко читает книги. И газеты он не выписывает.
Я вообще не помню такого, чтобы он что-либо читал, кроме надписей на консервах.
А мама, наоборот, читает все, что подвернется под руку.
И покупает много книг. Самых разных. В основном, низкосортных, конечно.
Хотя дома у нас всегда была огромная библиотека классики. Красивые книги. Отлично украшают интерьер.
Отец не читает книг, наверно, потому, что давно разочаровался в современных писателях.
А «Калевалу» он помнит с детства.
В принципе, этого ему всегда было достаточно.
Как-то раз мама купила уже третью книжку какого-то современного писателя. Советует почитать отцу. Тот высказывается коротко:
- Чего я буду время тратить?
- Ну, интересно же…
- Ты пойми, сколько бы книг он не написал, двести, пятьсот, тысячу, настоящего произведения он все равно не создаст.
- Почему?
- Потому, что в процессе написания книги он думает не о волшебстве подтекста, а о том, какую машину он купит с гонорара. А такие книги, к сожалению, рождаются и живут без души.
- Вечно ты все в мистику переводишь!
- Ничего подобного! Зачем я буду жить чьими-то заблуждениями и низменными желаниями. Лучше пойду, покурю.
- А это не низменное желание?
- Низменное. Но вред оно наносит только мне.
Так они и спорят всегда.
Чаще отец оказывается прав. Потому, что живет простыми истинами. И не вмешивается со своей философией в жизнь других.
Хотя какая у него философия? Он даже когда собаку выгуливает, просто предоставляет псу полную свободу действий.
Но это не исключает пинков в момент, когда шнауцер пытается сожрать кусок колбасной кожуры.
Все-таки спасти животное от болезни или смерти – это обязанность и быстродействие, а не разглагольствование на тему «бить или не бить».
А в остальном…
Однажды отец забыл скомандовать собаке «за мной», когда выходил на своей остановке из рейсового автобуса десятого маршрута.
Пес, видимо, засмотрелся в окно на голубей, сидящих возле телефонной будки.
Затем он нагло сидел возле окна на сидении и принюхивался к заходящим пассажирам. Знакомых не встретил. Иначе, потерялся бы окончательно…
Так он и катался, все сорок минут, пока тот же автобус не привез его обратно к нужной остановке.
Отец курил на скамейке и встретил пса вопросом:
- Надеюсь, второй раз за тебя платить не нужно?
Он не истерил и не орал на собаку, мол, что за невнимательность. Просто подождал, пока тот покатается по городу. Ну, скажите, какая тут философия? Просто течение жизни.
Они идут по знакомой улице к дому, обращая внимание на симпатичных девушек и стриженных пуделих.
Долго еще сидят на скамейке у подъезда.
Собака никуда не убегает. Даже когда ее зовут поиграть в мяч соседские дети. Пес боится потерять отца. Он даже иногда наступает передней лапой ему на ботинок. И чувствует, как пепел от папиросы падает ему на ухо.
Приятная прохлада улицы замедляет время.
Слышно, как у кого-то работает телевизор. Толстая Фима вытряхивает постиранные наволочки и развешивает их на балконе. Ее муж возвращается из магазина:
- Постиралась? Смотри, робу мою не трогай. Я еще заначку не вынул…
Он подмигивает отцу. Затем садится на скамейку рядом. Фима быстро убегает в комнату.
- Не, не найдет. Я уже с утра перепрятал. – смеется сосед. - Здорова, Вовка. Дай закурить.
- Привет, Степан. Кури на здоровье. Как дела?
- Потихоньку. В отпуску я. Вот хожу по гостям.
- К детям не поехал?
- Нет. Они таперича далеко.
Мужчины задумчиво молчат. Курят. Пес, не сходя с отцовского ботинка, обнюхивает Степановы брюки.
Сын Степана работал на мебельной фабрике. Реставрировал комоды, покрывал лаком старые табуреты. Затем познакомился с переводчиком группы японских туристов и уехал к ней в Саппоро. Там женился. Работает начальником цеха по сборке игровых автоматов.
Затем к старшему сыну уехал и младший.
Когда младший сын жил с родителями, купил себе собаку породы фокстерьер.
Выгуливал пса редко, поэтому и не заметил, что собака была слепая от рождения.
Теперь этот фокс остался со Степаном.
Эту собаку обычно водят только вокруг маленькой детской площадки. Несколько кругов заученной наизусть дороги.
Степан не говорит, но, наверняка, очень скучает по детям. Поэтому и собаку так любит. Жалеет ее.
- А что с нее взять? Животина. – говорит он. – Может, судьба у нее такая. Дети разбежались, а у нее шансов нет…
Фима зовет мужа домой.
Степан треплет за ухо нашего шнауцера. Отец докуривает папиросу и тоже идет домой.
Шнауцер не отстает. Он сегодня уже попутешествовал. Теперь дня три будет ходить за отцом по пятам.
А затем снова куда-нибудь случайно убежит.
Но обязательно вернется.