На улице кто-то взрывал петарды. Из-за того, что наш двор представляет собой огромный полукруг из примыкающих друг к другу арками трех домов, звук от взрывов усиливает специфическая акустика.
Собака бегает от окна к отцу и обратно. С надеждой поглядывает на ковер под кроватью. Выражение морды – вопросительное.
- Нервничает. Думает, война началась. – Говорит отец. – Немец все-таки.
- Кто немец? – спрашиваю я.
Отец долго и равнодушно смотрит на меня. Затем – вновь в газету.
- Пес твой немец. – Бубнит он.
Я улыбаюсь.
- Тогда он должен нервничать, что не началась, а закончилась. Что теперь ему немцу на чужой территории делать?
Шнауцер внимательно прислушивался к нашему разговору. Затем снова начал бегать по квартире и тревожно пищать.
Мама проходит по коридору с пылесосом.
- Ребята, давайте убирайтесь отсюда! – говорит она.
- О, мамино любимое слово. – Смеется отец.
За окном снова серия взрывов. Пес начинает пищать громче.
Я заметил, когда наступают новогодние праздники и кругом стреляют салюты, наш пес страшно нервничает, проводя время большей частью за креслом.
Писк и суета собаки становятся неизменными атрибутами нового года.
Однажды, чтобы спокойно пережить зимние выходные дни, мама натолкала в уши собаке ваты. Два дня пес провел, как обычно. Весело играл с Люсей и валялся на кресле.
Взрывов петард не слышал.
Но на третий день он их случайно… увидел.
Окно разукрасило ярко зеленое сияние мерцающего света.
На этом спокойная жизнь собаки закончилась. Глаза заклеивать ему было опасно. Поэтому, мы оставили все, как есть.
Благо дело, народ должен был закончить с массовыми гуляньями через пару дней.
Но сегодня на дворе – весна. И петарды, видимо, явление временное. А паника собаки может растянуться на неделю.
- Давайте, в прятки поиграем? – предлагает сестра. – Это отвлечет собаку.
- Давайте. – Соглашаюсь я. – А то шум пылесоса, конечно, отвлекает его. Но как-то не очень эффективно. Мам, иди прятаться.
Мама проходила мимо.
- Куда? Что происходит?
- В кладовку. Все нормально. Собаку отвлекаем. От салютов. На улице кто-то продажу снегохода отмечает.
Мама немного спорит. Мол, некогда и ерунда все это, но соглашается.
Она знает, что собака обязательно отвлечется, если будет искать ее изо всех сил. Согласно собачьей психологии, несложно понять, что потерять человека, который тебя вкусно кормит – это трагедия.
А нам эти поиски всегда доставляли огромное удовольствие. Наблюдать, как пес, превратившись в комок мышц и внимания, мечется из угла в угол, принюхивается, замерев в смешной позе с поднятой лапой, и проверяет все самые укромные уголки квартиры, это удивительное зрелище.
Игра в прятки превращается в настоящую охоту за сокровищем.
Итак, мы отвлекаем нашу собаку печеньем, пока мама закрывает за собой дверь в кладовку и кричит нам, что все готово.
Далее события развиваются по неожиданному для нее и собаки сценарию.
Мы, не сговариваясь, быстренько затыкаем собаке уши ватой, достаем ее любимую игрушку, кладем ее с собакой на кресло, а сами, удобно устроившись на диване, начинаем смотреть телевизор.
- Вот это, я понимаю, жизнь! – говорит Люся, пережевывая торт из кукурузных палочек, залитых расплавленными ирисками.
- Тишина! Красота! Вкуснотища! – соглашаюсь я.
- Вот, вот!
Проходит что-то около часа.
Собака мирно спит на кресле, передача по телевизору кончилась, отец ушел курить на кухню.
- Чего-то мама притихла по-настоящему. Не возмущается. Не зовет на помощь. – Говорит Люся. – А между прочим, уже больше часа прошло.
- Да, странно. Надо пойти поглядеть. – предлагаю я.
- Стой, давай собаку запустим. Пусть на него весь гнев выльется. Если что…
- Согласен. Вынимай затычки.
Люся разбудила шнауцера, аккуратно вынула вату из его ушей и призывно крикнула:
- Ищи маму!
Собака резко вскочила на ноги, пытаясь со сна быстро разобраться в ситуации и, не помня, что или кого искать, метнулся в коридор.
Пес пару раз пробежался по всем комнатам, вопросительно тявкнул возле холодильника, принюхался к воздуху в коридоре и затем замер возле двери в кладовку.
Люся приоткрывает тихонько дверь и собака, с радостным лаем, бросается на маму.
- Так, не мешайте! Что это еще за игры?! – возмущенно говорит она.
Мы наблюдаем потрясающую картину.
Маме, видимо, было скучно просто так сидеть в засаде, и она начала там наводить порядок.
Увлеклась настолько, что забыла и про игру, и про собаку, и про нас.
Мы с сестрой тихонько закрыли дверь, и пошли доедать торт.