На мой голос также обернулась парочка сотрудников, что сновали из одной лаборатории к другой. Решив не привлекать к себе излишнего внимания, я чуть приблизилась и быстро поговорила:
– В этом нет необходимости. Это дело двух минут. Дольше будем подниматься.
– Что же. В таком случае, что случилось?
– Одна английская певица планирует в следующем месяце снять клип у нас здесь. На это требуется разрешение руководителя заповедника, – добавила я с таким видом, как будто эти слова резали моё горло, – На съёмки в заливе и на территории.
Нелу изучал меня своими холодными глазами, словно хотел прожечь дыру в моей голове и узнать все мои мысли. Может, так и было на самом деле. Ему бы это очень помогло подцепить меня на крючок. Остынь, парень, не светит. Эта голова – только моя.
– Эта певица – твоя подруга? – чуть помолчав, спросил мужчина.
Твою мать! Ты что, всё же забрался ко мне в голову? Надо срочно думать о том, какой он мерзкий! И не красивый! И ни разу не сексуальный! Поверила себе, Дани? Отлично! А теперь убеди в этом и его!
– Да, – пришлось признать.
Нелу переглянулся с Алином, который за это время не произнёс ни слова. Создавалось ощущение, что между ними происходил какой-то молчаливый диалог. Вот уж кто точно был на одной волне. Блондин только вздёрнул брови и качнул головой – а Нелу, кивнул, уже повернулся ко мне, чтобы вынести вердикт. Я внутренне напряглась. Сама не знаю, почему.
– Хорошо, – в итоге ответил мужчина, – Скажи мне только потом точную дату, чтобы я был в курсе.
– Договорились. И, Нелу, – добавила я, когда он уже отвернулся, чтобы уйти, – Спасибо тебе.
Уголок губы румына уже привычно дёрнулся:
– Не за что…куколка.
Глядя на моё мигом вспыхнувшее лицо, он широко усмехнулся, прежде чем всё же уйти. Оставив меня полыхать от злости. Нет, ну вот жеж скот! Румынский скот! Скотобаза, я бы сказала!
Глава восьмая
Дани
– Нелу Далка, ты охренел?!
С этими словами я ворвалась в кабинет своего…кхм…начальника. До сих пор не могла произнести это слово без содрогания, даже мысленно. Особенно когда всё внутри меня клокотало от ярости.
Мужчина, который, как и всегда зарылся чуть ли не с головой в документы, поднял на меня взгляд.
– И тебе доброе утро, – равнодушно бросил он, – Позволь узнать, по какой причине ты заявилась сюда и орёшь на меня на этот раз?
Если он пытался пристыдить меня, то у него ни черта не вышло. Я две недели старательно игнорировала присутствие в заповеднике Нелу, который почему-то не торопился уезжать. Вместо этого он активно прорабатывал вопрос строительства второй гостиницы и кемпинга, на котором настояла я. И, видимо, у этого была ещё одна причина. Но обо всём по порядку.
Мы с парнями были в заливе, я как раз закончила осматривать Звёздочку, которую мы уже успели отпустить к остальным. Её беременность протекала хорошо, насколько я могла судить – это была моя первая пациентка в таком деликатном положении. Девочка была очень активной, несмотря на недавние травмы, и в целом все показатели соответствовали нормам. Об этом же говорили и датчики, которые Далка всё же заказал. Я бы даже сказала ему спасибо, если бы не избегала его.
– Эм… Дани? – позвал меня Билл.
Оторвавшись от записей, которые я просматривала в планшете, даже не стянув с себя сырой гидрокостюм, я повернулась к парню.
– Что такое?
– Я ведь не один это вижу?
Проследив за его пальцем, которым он указывал куда-то мне за спину, я повернулась – и замерла. Чуть в стороне, в границах заповедника, неторопливо проплывал грузовой корабль. Огромный. Возвышавшийся, как гора. В границах. Мать его. Заповедника!
– Билл, дай мне бинокль, пожалуйста, – попросила я, чувствуя, как голос дрожит от негодования.
Парень протянул мне окуляры. Приставив их к глазам, я различила надпись на корпусе. «Далка инк». Пальцы стиснули бинокль до боли, словно я мечтала раскрошить его в руках. Мне следовало догадаться. Сразу же, как увидела.
– Тревор! – крикнула я другому напарнику, – Разворачивайся. Надо бы побеседовать с нашим новым боссом.
И вот я стояла на пороге кабинета Нелу, пылая праведной яростью и мечтая сжать его шею, ка до этого сжимала бинокль.
Услышав его вопрос, я фыркнула:
– По какой причине? Серьёзно? А сам не догадываешься?!
Бровь брюнета приподнялась, но голос остался всё таким же равнодушным и даже почти скучающим:
– Я не успеваю следить за перепадами твоего настроения. И я не умею читать твои мысли. Так что – нет, не догадываюсь.