Выбрать главу

— Мистер Фейн, проходите, — улыбается Кайл и отходит в сторону. — Гвен, это Мистер Фейн, которому ты будешь консультировать одну из историй архива.

— Отлично, — вздыхаю я и сажусь обратно.

Честно, мне наплевать слышали они это или нет. Консультация длится две недели, если не меньше. Мне о ней больше рассказывали, чем объясняли. Клиент, в нашем случае Фейн, приходит с документами определенного характера и подает заявку на разрешение посещения городского архива.

— Гвенет будет искать информацию, которая вас интересует, — улыбается Сноу и останавливается возле Фейна. — Она лесбиянка, — шепчет он и уходит.

Отлично! Почему бы и нет…

— Лизбиянка? — переспрашивает Фейн и подходит к столу.

— Я не собираюсь обсуждать с вами личную жизнь, Мистер Фейн.

— Мне и не интересно, — рычит он и кидает документы на стол. — Запрос на пятидесятые.

Открыв папку, вижу разрешение от Мистера Сноу.

— Видимо, здесь ошибка, — сообщаю я, посмотрев на парня. — Пятидесятых нет в архиве.

— Разрешение есть, значит и архив должен быть.

— Видите ли, в пятидесятых архив не велся из-за ненадобности.

Поднявшись с места, подхожу к стеллажу сороковых и беру папку за сорок пятый год. Протянув ее парню, замечаю на руке новую татуировку на месте шрама с именем.

— Не пялься, — предупреждает он, не отрываясь от записей, и я часто моргаю.

Морда волка покрывает всю кисть. Очень жаль, что я не знаю обозначений, хотя… мне все равно.

— Ты не поняла, — говорит он, посмотрев в глаза. — Пятидесятые, а не сорок пятые.

— Нет, Мистер Фейн, это вы не поняли, — сообщаю я и выхватываю папку. — В нашем архиве нет информации о пятидесятых, а если вы настолько плохо слышите, советую обратиться к специалисту!

— Во-первых, у меня есть имя, которое ты прекрасно помнишь! — огрызается парень и делает шаг вперед. — Во-вторых, хватит огрызаться, мне необходима твоя помощь в данной ситуации, Гвенет Юинг.

Его голос сделал акцент на моем имени, и я замираю. Хочется ударить его по физиономии. Не обязательно говорить таким приказным тоном, тем более я не одна из его подчиненных!

Глубоко вздохнув, выдавливаю улыбку.

— Конечно, Мистер Фейн. Видите ли, я на рабочем месте, поэтому не могу называть вас по имени — это, во-первых, если вы не поняли, — парень с удивлением поднял брови. Во-вторых, Мистер Фейн, — с твердостью произношу я, — будьте снисходительней.

— Ты права, — неожиданно выдает он. — Обращайся ко мне именно так, я привык быть командиром.

Желание врезать ему нарастает с каждой секундой. Считаю до десяти, чтобы успокоиться. Как объяснить ему, что этого чертого архива нет?!

Взяв разрешение на запрос, отправляюсь к Мистеру Сноу, чтобы выяснить, как поступить в данной ситуации, не применяя физической силы. Кайл сидит у себя в кабинете, потягивая табачный дым, пока я не залетаю к нему без стука.

— Почему разрешение есть, а архива нет? — выкрикиваю я, кидая папку на стол. — Как мне работать с этим… Мистером Фейном?..

— Гвенет, успокойся! — произносит мужчина и поднимается с места. — Ты что-нибудь придумаешь.

— Вы издеваетесь?! Мне придумать архив самой, выдав его за настоящую историю?

— Гвенет, — говорит он спокойным голосом. — Ты знаешь больше, чем кажется.

— И что это может значить? — с недоумением спрашиваю я. — Из этой ситуации нет выхода, так же как и архива.

— Обратись к людям, которые знают, — говорит он, присаживаясь обратно в кресло. — Ты справишься с этим.

Закатив глаза, разворачиваюсь и возвращаюсь к Фейну. Если так будет и дальше продолжаться, мы с ним проторчим здесь целый месяц. Где мне набрать людей из пятидесятых?! После того, как мафия разгромила весь этот городок, нормальные люди покинули его и иммигрировали в города по соседству. Я не собираюсь ездить по этим городам, чтобы найти людей, которые что-то знают, тем более это невозможно.

Вернувшись на рабочее место, пытаюсь сконцентрироваться, но Фейн начинает говорить:

— Нажаловалась?

— Мистер Фейн, — я пытаюсь улыбаться. — Заткнитесь и дайте мне помочь вам.

— Ты же сама сказала, что архива не существует, — отвечает он и делает упор руками на рабочий стол. — Ты врала мне?

— К сожалению, не у всех есть такой талант как у вас, Мистер Фейн.

Парень заметно изменился в лице, но мне глубоко плевать. Сейчас я пытаюсь понять, что имел в виду Мистер Сноу.

Нервно постукивая кончиком карандаша по столу, пытаюсь придумать, что можно найти в архиве на эту тему. Моя неопределенность полностью начинает погружаться в варианты, и вдруг…

— Поехали! — сообщаю я и хватаю сумку.

— Куда?

— В дом престарелых.

— Думаешь, твой маразм крепчает?

— Не знаю, как маразм, но кулак точно хочет заехать в ваш глаз, — рычу я и выхожу из кабинета.

Если человек просит помощи, это не значит, что он может добиться ее сарказмом. Как бы то ни было, я ничего не теряю. Мне нужно туда не только из-за Фейна.

— На хрена мне ехать с тобой? — спрашивает голос сзади, а я продолжаю свой путь.

— Вы же хотите информацию из пятидесятых. Поскольку в архиве ее нет, тогда почему бы не обратиться к людям, которые сами как архив.

— Обязательно говорить загадками?!

— Я сказала прямо!

Выхожу на парковку и быстро завожу машину, чтобы поскорее избавиться от этого парня. Удивительно, что он ведет себя так, будто ничего не произошло. В любом случае, я не хочу разговаривать с ним на ту самую тему. Добравшись до заданного места, оглядываюсь и вижу машину старой марки, которая паркуется рядом с моей. Раньше я думала, что Фейн никогда не расстанется со своим джипом, но времена меняются, также как и люди. Поправляя подол короткого бежевого платья, мечтаю снять каблуки, который слегка натирают.

Показав медсестре пропуск, жду парня, который неспешно заходит в здание. Действительно, торопиться некуда!

— Гвенет, посторонних людей здесь быть не должно, — шепчет девушка, наклоняясь через стойку.

— Знаю, но… это очень важно! Я уверяю, что это не займет много времени.

Посмотрев на Фейна с недоверием, сестра кивает на комнату отдыха, и я улыбаюсь. Не знаю к кому идти, но кажется, что мистер Свердловский сможет помочь. Остановившись у входа в комнату, пытаюсь найти мужчину взглядом. Обычно он сидит в кресле-качалке около большого окна, наслаждаясь активностью проходящих мимо людей, но не сегодня.

— Ищешь место? — хрипит голос справа, и я закатываю глаза. — У тебя шикарные ноги.

— Что?! — возмущаюсь я, кинув взгляд на шатена.

— Остеохондроз тебе обеспечен, — ухмыляется он, направляя взгляд на пожилых людей. — И как они могут помочь?

— Нужно найти одного мужчину, — сообщаю я, оглядываясь по сторонам. — Жди здесь, я сейчас вернусь.

Спускаюсь по маленьким ступенькам, осматриваю территорию. Где же он может быть? Замечаю директора и машину рукой, чтобы тот остановился.

— Здравствуй, Гвенет. Разве у тебя не выходной?..

— Да, я здесь по работе. Не могу найти мистера Свердловского, — сообщаю я, смотря по сторонам.

— Они уехали на экскурсию, — кивает она. — Приедут завтра днем.

Это даже хорошая новость. Мне не придется торчать лишний день с Фейном.

Поблагодарив директора, направляюсь к парню, который стоит непоколебимо, держа руки в карманах брюк. Прошло два года, а он ни капельки не изменился. Должно быть, дело в генах Маргарет. Посмотрев на меня серьезным взглядом, он спрашивает:

— Нашла?

— Сегодня не получится помочь, приходите завтра, — сообщаю я и иду к выходу.

Как же хорошо, что у меня есть целый вечер для подготовки к неделе с Фейном. Находиться рядом очень противно. Не осталось никаких приятных воспоминаний, лишь отвращение.

Выхожу на улицу и вдыхаю прохладный воздух. Самое лучшее, что может расслабить нервы — природа.

— Твой рабочий день еще не закончился, — вещает голос сзади, и я вздыхаю. — Насколько я знаю, ты должна проводить все свободное время со мной?

— Чего? — смеюсь я, оборачиваясь к парню. — Мистер Фейн, я должна помогать вам в архиве, но не проводить свободное время. Даже если бы моя работа заключалась в этом, я предпочту уволиться и жить без работы.

— Могу запросто это обеспечить, — говорит он и подходит ближе, — если я расплачиваюсь, тогда и решаю, что и когда ты делаешь.

Возмущению нет предела.

— Не вы платите мне!

— А у тебя есть услуги, за которые платят?

Сердце замирает. Как он смеет говорить так?..

— Я уволюсь, — сообщаю я. — Никакая работа не стоит такого похабного отношения!