Выдавив снисходительную улыбку, мама подбегает к дивану и целует меня в щеку. Серьезно, вся эта опека чересчур напрягает, ведь я в силах позаботиться о себе.
Еще несколько поручений и родители покидают дом, оставив меня наедине с блаженством. По телевизору идет знакомый сериал, который я любила смотреть в детстве. Думаю, сегодня можно позволить себе погрузиться в атмосферу детства, а мама и вовсе думает, что я живу в ней.
Одиночество позволяло мне уснуть, проснуться и так по кругу. Не хочется болеть, ведь у меня еще столько дел впереди. Нужно оформить дипломную работу, помочь в архиве с ремонтом и принять участие в подготовке к выпускному. Ева долго и настоятельно призывала меня к помощи, якобы ей одной будет сложно организовать все то, что она задумала. Не люблю всю эту суматоху в честь выпускного, разве выпуститься и получить диплом — это не главное?.. Да, Еве диплом не нужен, ведь ни один из директоров не будет ходить и брать интервью у самих себя.
Стоит подумать о компании «DTTE», как в новостях появляется Бэсфорд рассказывающий про новые технологии, которые стоит брать во внимание. Я чувствую его серьезность даже здесь. Деловой костюм, серьезный взгляд и харизма — основное, что бросается в глаза. Мне даже кажется, что мы с этим человеком незнакомы (насколько он идеален).
— Что вы думаете о конкурентах? — спрашивает журналист, и Бэсфорд, опустив голову вниз, усмехается.
— Я считаю себя главным конкурентом, ведь так сложнее становиться лучше.
— Сложнее? — переспрашивает журналист с непониманием.
— Не стоит искать легких путей, — заявляет Фейн, смотря на парня исподлобья, — хочешь чего-то достичь — не выбирай самый простой путь. Очевидность.
Его деловой вид начинает возбуждать, и я смотрю в сторону, чтобы не напрягаться. Обычно, когда я смотрю новости, не происходит ничего. Люди общаются с репортерами, рассказывая о проблемах общества, правительстве и прочих равных условиях, которые все должны соблюдать. Нам навязывают проблемы, которых нам и так достаточно. Это происходит и сейчас, но, смотря на Бэсфорда, хочется скупить всю его продукцию.
— Самый завидный холостяк — Бэсфорд Фейн утверждает, что каждый может выбрать сложный путь, не имея наследственных привилегий, и достичь успеха в такой известной компании как «DTTE».
— Холостяк?! — кричу я, поднимаясь с кровати. — Чего?!
В дверь постучали, и я замялась, подумав, что соседи решили, что я спятила. Обернувшись в плед, шагаю к выходу. Открыв дверь, вижу Роджера, который опустив голову, посматривает на мою реакцию.
— Привет, Гвенет, — здоровается он, пока я нахожусь в ступоре. Нужно пригласить его в дом, но почему-то я мешкаюсь.
На парне свободная толстовка и черная куртка, которую он купил в Лондоне той осенью. Он настолько знакомый, что я чувствую себя неловко. Последний раз мы виделись в ванной, а дальше периодически пересекались на улице, проходя мимо, не говорили друг другу ни слова. Я чувствую перед ним вину, которая растет с каждой секундой нашего молчания.
— Привет, — отвечаю я и отхожу в сторону, чтобы тот прошел в дом, и это срабатывает.
Осматриваясь по сторонам, словно этот дом незнаком, Роджер проходит к дивану, пока я закрываю дверь. Кажется, что я чувствую его волнение, которое развеялось по всему дому и спряталось в каждом уголке комнат.
— Я пришел попрощаться, — сообщает парень, оборачиваясь, — и пожелать удачи.
Несколько секунд смотрю на него, не моргая. В голове много мыслей, но не знаю, что сказать. Атмосфера слишком нагнетает.
— Ты уезжаешь?..
Парень кивает и опускает голову, закусив губы.
— Это из-за меня? — решаюсь спросить я, сделав шаг вперед.
— Нет. Появилось хорошее предложение на счет работы, — хрипло сообщает Роджер. — Англия — хороший «сборник» талантов искусства.
Его глаза блестят, когда он произносит название страны, в которую влюблен. Я искренне надеюсь, что и она тоже не разобьет ему сердце. Сложно что-либо говорить, ведь я привыкла к Роджеру как к человеку добро желающему и отзывчивому, а теперь даже не понятно — кто мы друг другу.
Шмыгнув носом, становлюсь напротив, пытаясь посмотреть ему в глаза, но парень отводит взгляд. Все это еще больше угнетает ситуацию, и, не выдержав, я обнимаю его, скрестив руки на шее. Роджер не отвечает на объятия, но это только начальный промежуток времени. Резко и сильно знакомые руки обхватывают мою спину, и я выдыхаю, пытаясь не расплакаться. Это происходит из-за того, что чувство вины все никак не может покинуть душевное состояния, которое горит в аду.