Глава VI. У порога
Дом Кащея стоял среди леса так, словно сам камень поднялся из земли, чтобы стать его стенами. Не гро- мадный замок-крепость, а крепкий и основательный дом, в котором каждая деталь была на своём месте. Тол- стые стены из тёмного камня были сложены так ровно и плотно, что казалось - их не разрушат ни время, ни штормы. Узкие окна светились мягким огнём факелов, и это свечение было похоже на глаза, что веками смо- трят на мир и не моргают. Двор был вымощен тяжёлыми плитами, на которых не оставался след, даже если по ним проходили сотни воинов. Камень был сухим и холодным, но не враждебным: он держал тепло очагов и дыхание жизни, что веками не угасало внутри. Когда ворота распахнулись, Василиса увидела, что внутри нет вычурной роскоши - только порядок, простота и сила
Всё дышало надёжностью, спокойствием, и именно это поразило её больше всего.Она ожидала мрака, пустоты, сырости. Но здесь был иной мир. Тишина не давила, а обнимала. Тени не пугали, а охраняли. Казалось, этот дом сам знал, кто вошёл под его своды, и принял её, как принимает лес свою тропу.
Кащей остановился на ступенях. Его плечи расправились, взгляд стал твёрдым, и в этих каменных стенах он казался хозяином не только дома, но и самой земли.
-Мы дома, - сказал он негромко. Но слова прозвучали так, будто их услышал весь лес.
Василиса хотела вздохнуть свободнее, но мир не дал ей этого. Туман заколыхался, и из серой завесы шагнули чужие. Сначала показались факелы - огонь дрожал и плясал, вырывая из темноты силуэты.
Тяжёлые сапоги ударяли о плиты, звон оружия рождал тревожный ритм. Впереди шёл он - богатырь, высокий, широкоплечий,с глазами, полными злобы. В руках он держал меч, и пламя отражалось в его железных доспехах. За ним теснилась дружина - десятки мужиков, вооружённых и пьяных от собственной ярости. Их крики, шаги и стук оружия ворвались во двор, будто пытались растоптать ту тишину, что здесь царила.
Василиса отступила ближе к стене. Её сердце билось так громко, что казалось, его слышат все. Но Кащей не шелохнулся. Он стоял прямо, высокий и спокойный, словно сам был продолжением этого дома.
Богатырь поднял меч, указывая на неё.
- Отдай её! - прогремел его голос, и эхо раскатилось по двору. - Она моя!
- Василиса, иди в дом,- приказал Кащей,- Не оборачивайся. Доверяй мне: пока я стою
здесь, никто не коснётся тебя.
Кащей медленно сошёл на ступень ниже. Его тень легла длинной чёрной полосой на каменные плиты.
- Фразы..фразы..громкие фразы.., - произнёс он и ухмыльнулся. Голос был ровным, без крика, но в нём звучала такая тяжесть, что у дружины невольно дрогнули руки.
- Никто не принадлежит никому. У каждого человека должен быть выбор. Даже у неё.
Слова его упали в воздух, как камни в глубокую воду. И каждый воин услышал в них то, чего сам давно лишён: права выбирать свою дорогу. Несколько человек переглянулись, кто-то опустил факел ниже. Они пришли сюда как охотники, но внезапно ощутили себя добычей - добычей правды, от которой не уйдёшь.
- Смертная баба не выбирает! - рявкнул богатырь, заметив, как его люди замерли. - За неё решают мужи, сила и закон!
Кащей сделал ещё один шаг, и воздух вокруг стал плотнее, будто сама ночь подалась вперёд.
- Ты лишаешь человека выбора, - сказал он тихо, но так, что дрогнули даже факелы. - И этим ты уже проиграл.
Эти слова ударили сильнее любого оружия. Дружина замялась. Один воин сделал шаг назад, другой отвёл взгляд. Их крики стихли, а глаза наполнились сомнением.
- Что вы, твари, дрожите?! - взревел богатырь, оглядывая их. Его голос был полон ярости. - Испугались его слов?! Испугались теней?!
Он ударил древком копья о плиты, искры брызнули.
Но в тот миг лес ожил. Из тумана раздался вой. Протяжный, гулкий, от которого земля задрожала. Тени двинулись между деревьев, и на край двора вышли волки. Огромные, с глазами, горящими
серебром. Их дыхание клубами пара вырывалось в холодный воздух, зубы сверкали в
темноте. А сверху, с чёрных крон, поднялись вороны. Сотни крыльев затрепетали, закаркали, заглушая человеческие голоса. Они закружили над двором, и казалось, сама ночь опустила чёрное крыло на дом Кащея. Дружина застыла. Кто-то выронил копьё, кто-то опустил факел. Один из мужиков прошептал:
- Это нечисть… это смерть…
Кощей стоял неподвижно, его взгляд был холоден и спокоен.
- Я не хочу твоей крови, - сказал он богатырю. - Но если сделаешь шаг - лес примет тебя.
И в тот миг стало ясно: это не угроза. Это правда. Богатырь увидел это и взревел.
- Трусы!! - рявкнул он так, что пламя дрогнуло. - Что вы, собаки!! дрожите от его слов?! Вы боитесь теней?! Вы боитесь птиц и зверья?!
Его дружина молчала. В их сердцах не было злости, только холодный страх. Они понимали: этот двор, эти стены, лес, что окружал их - всё принадлежит ему. А здесь чужак - всегда добыча.
- Твари!! - богатырь ударил кулаком по щиту. - Я сам пойду!
Он шагнул вперёд, и факелы разом осветили его широкую спину. Меч сверкал в его руке, шаги гулко отдавались по камню. Вороны закричали сверху, волки зарычали, сомкнув круг. Но богатырь шёл, будто сам себя клял не остановиться.