Странно, как быстро человека подхватывает водоворот общественной жизни. Нерис противилась этому как могла, но безуспешно. Мысли о сплетнях и скандалах заставили ее выпрямиться и разгладить складки на юбке первого в ее жизни бального платья. Нежно-розовое шелковое платье специально для нее сшил портной из Колониальной компании дамских портных. Сегодня Нерис надела его с корсетом и длинными белыми перчатками, которые одолжила у Миртл. Подруга помогла Нерис с прической, надушила ее французскими духами и накрасила губы. Сделав все необходимое, Миртл отступила назад, чтобы полюбоваться творением рук своих.
— Нерис Уоткинс, у тебя губы, как у кинозвезды, — заявила она. — Если бы я была мужчиной, обязательно бы встала в очередь за поцелуем.
— Что? — Нерис внимательно посмотрела на свое отражение. Она едва узнала себя.
Миртл открыла расшитую бисером сумочку, достала золотой портсигар и зажигалку.
— Я сказала «если», моя дорогая. Я не по этой части. Хотя в моем ужасном интернате разные штучки между девушками не были под запретом, поверь мне. Но если наши мужчины исчезнут на неопределенное время, я за себя не ручаюсь.
Нерис улыбнулась, вспомнив эту беседу. Еще несколько месяцев назад она была бы в шоке от подобных разговоров, но сейчас они вызывали только легкую улыбку. Нерис поискала глазами подругу. Миртл была в темно-золотом сатиновом платье. Благодаря короткой стрижке и ярко-алым губам она выглядела как экзотичная штучка среди бледных англичанок. Разумеется, она была в центре внимания мужчин. Но Нерис готова была поставить все, что осталось от наследства после выплаты солидного гонорара портному, на то, что Арчи МакМинну волноваться не стоит.
Мистер Фаншейв, краснея от усилий, танцевал фокстрот с полной дамой в фиолетовом платье. Положение Нерис было не таким высоким, чтобы надеяться на танец с высокопоставленным чиновником, но мистер Фаншейв сердечно приветствовал ее на приеме перед обедом:
— Миссис Уоткинс, рады видеть вас в Шринагаре. Миссис МакМинн позаботилась о вас? Скоро ли ваш муж присоединится к нам?
Нерис объяснила, что муж сейчас проповедует в окрестностях Каргила и очень занят, но она надеется, что он сможет приехать в Кашмир до наступления холодов. Как только она произнесла эти слова, ледяной ветер пробежался по верхушкам деревьев.
— С нетерпением жду встречи, — вежливо сказал мистер Фаншейв и переключил свое внимание на остальных гостей.
Нерис осталась рассматривать перламутровые пуговицы на своих перчатках. Интересно, что бы сказал Эван, если бы увидел ее сейчас, в красивом платье, с помадой на губах и немного захмелевшей от бокала фруктового пунша? Подумав немного, она пришла к выводу, что это не важно, поскольку его здесь нет. Кто-то отодвинул в сторону пустое кресло рядом с ней.
— Добрый вечер, миссис Уоткинс, — произнес приятный мужской голос. — Наше знакомство было очень необычным, но, возможно, вы позволите исправить это недоразумение.
Нерис подняла глаза и увидела темно-рыжие волосы и широкую улыбку.
— Добрый вечер, мистер Стамм.
Райнер Стамм был не в лакированных танцевальных туфлях, он предпочел сапоги, да еще и плохо почищенные, не счел нужным надеть парадный мундир, и его явно не заботили торчащие в разные стороны волосы, но он был самым привлекательным мужчиной на балу. Каким-то образом ему удалось затмить даже махараджу. Музыка стала громче и быстрее, люстры засияли еще ярче.
— Потанцуем?
Нерис согласилась. Даже будучи затворницей, она умела танцевать.
Он держал ее за руку под нужным углом и с необходимой твердостью — сквозь лайковую перчатку Нерис ощущала тепло его ладони. Левой рукой он нежно прикасался к ее спине. В этом момент Нерис подумала, что всего лишь три (она специально сосчитала их в уме) слоя тонкой ткани отделяют его руку и ее обнаженную плоть. Они плавно заскользили по паркету. Их взгляды встретились, и Нерис увидела сияющие, счастливые глаза. Райнер напевал себе под нос мелодию вальса, они были так близко, что Нерис чувствовала вибрацию, исходившую от его широкой груди, танец соединил их в единое целое, они двигались, будто были одним существом. Никто из них не отвел взгляда. Он хорошо танцевал, настолько хорошо, чтобы она ощущала, что тоже прекрасно танцует. Нерис решила нарушить неловкое молчание:
— Мне понравился ваш трюк с веревкой. Очень изобретательно.