Утро обрушилось на головы всего персонала как гиря. Казалось, что голова неподъёмная. Смену отправили поспать хоть немного, остальные остались караулить оставшихся пациентов и одновременно обыскивать больницу. Кое-как продрав глаза в половину восьмого после трёх часов сна, Вильям оделся, не приводя себя в порядок, закинул в рот свои таблетки и пошёл в больницу. Нужно изображать, нужно. Сегодня тот самый день и тот самый час.
Забрав у себя в выделенном якобы кабинете карту Дитмара, он спустился на первый этаж. Залив в себя чашку кофе залпом, Вильям прислонился к стене, закрывая лицо рукой. Голова быстро пыталась просчитать все ходы, но ничего не получалось. Дело в том, что он играет не с понятным ему обычным человеком, а с психиатром, таким же, как он сам. И он может вести дорожки куда угодно, может сыграть любую реакцию, как и он сам.
— Вильям, — перед ним стояла Ликка. Всегда одетая в форму, сегодня она была в горчичном свитере и коричневых вельветовых штанах, поверх этого кое-как накинут халат. — Тебе плохо?
— Пациент пропал. Как ты думаешь, как мне?
— Мы все переживаем, — Она сделала шаг вперёд, ожидая его реакции. Вильям вздохнул и решил не заигрываться. Он сам её обнял.
— Спасибо, что ты есть.
— Да ладно. Ты вообще как скала всё время. Если бы не твой пример, я бы уже кукушкой двинулась.
— Я бы тебе не дал, не переживай.
Фыркнув ему в шею, Ликка отстранилась и протянула конфету. Его любимая, запомнила. Такая забота трогала до слёз. Что бы ни произошло в приюте, он стал особенным, местом, где на него не плевать.
Вильям не знал, что делать. Все ждали приезда полиции, до Воловски никто дозвониться не смог. В больнице стояла пугающая тишина, прерываемая разве что шепотками. Наверное, нужно отнести документы на место. Документы по Дитмару в архив, всё равно он выписан. Но почему-то казалось, что встреться он с мистером Смитом, сердце уйдёт в пятки от напряжения. Он боялся, что оказался предсказуемым и всё ещё идёт по чужому сценарию. Потянувшись, чтобы снять лёгкий тремор, Вильям пошёл на второй этаж, там был общий архив, куда можно было сдавать новые карты, для дальнейшего распределения. Регистратор вроде должен быть на месте.
— Итак. Каким образом мне утром звонит корреспондент газеты с просьбой прокомментировать происходящее в приюте? — Вильям остановился и обернулся на шум. Главврач нависал как скала над мистером Монтгомери. — Я знал, что Дитмар пропал, но как так вышло, что он на самом деле сбежал и как-то смог добраться до дома. И сейчас мой телефон обрывает грёбанная толпа журналистов. И ещё такая же толпа едет сюда. Хорошо, что до них не добрались подробности, наверняка откуда-то из инсайдера в полиции узнали. Что блять происходит?
— Я сам проснулся от звонка от университета. Вы думаете, я в курсе? Нет. Я тоже сейчас раком встану, только вас натянет попечительский совет и полиция, а меня - ещё два совета в университете и бухгалтерия, — Вильям быстро пошёл дальше, надеясь, что его не заметили. — Мистер Салтрай, идите сюда. Сейчас же.
— Здравствуйте, — он неловко растянул губы в кривой улыбке. По лицам мужчин он прекрасно видел, что они уже догадались, что произошло.
— Сегодня его должны были перевести.
— Из-за этого его вчера чуть не убили.
— Это вы его научили, как сбежать?
— Нет, и не вам меня в этом обвинять, — Вильям расправил плечи и приподнял подбородок. — Вы не знаете, как мне этот ублюдок препарировал мозги последние два месяца. Я уже готов на любой бред, лишь бы уничтожить его. И не вам меня судить, вы не были в этом Аду. Он в панике, Дитмар знает его, он может его выдать, стоит его немного разговорить. Сегодня замки из строя вышли, по-вашему, просто так? Нет, он попытался добраться до Дитмара, но на наше с вами счастье его там не было.