13 ноября
Пациент Дитмар Прендергаст. Тридцать два года. Проживал в городе Доркинг, Суррей. Род деятельности не ясен. Записи будут вестись для личного пользования, так как выносить карту за пределы отделения запрещено. Буду писать проще, без формальностей, чтобы выявить важное.
Пациент отвлекается, смотрит на конкретную видимую ему точку, явные зрительные галлюцинации. Заторможенность, медлительность, движения дёрганные, но при этом замедленные. Пациент щурится, постоянно поводит головой и клонит на левую сторону, дёргает левым плечом. Натягивает рукава на пальцы, чтобы не прикасаться к предметам кожей. На руках шрамы от укусов, предположительно, кусает себя во время приступов. Старается сжаться, поджать под себя ноги, согнуться, как будто пытается закрыть живот, грудь. Походка неуверенная, идёт ровно, сильно опускает голову. Упоминание галлюцинаций вызывает приступ агрессии. Обвиняет врачей в том, что его не защищают, его не понимают и не слышат. Успокаивается перед угрозой того, что его выведут санитары. Не исключаю, что Дитмара могли бить, иначе такую реакцию пока не могу трактовать.
Речь неуверенная, тихая. Некоторые вопросы приходится повторять. Не ориентируется во времени, не может назвать месяц, день недели, даже время суток. Помнит имя, фамилию не помнит. Возраст и другие временные промежутки называет приблизительно. Во время приёма трижды показывал ему ручку, блокнот и чашку, все предметы назвал правильно. Спустя время не может ещё раз перечислить показанные предметы, либо называет их неправильно. Блокнот назвал стопкой бумаги, ручку — карандашом, чашку не вспомнил вовсе. Сказал, что на завтрак были каша и чай. Согласно меню, были какао и кукурузные хлопья с молоком. О себе рассказывает обобщёнными фразами, нет конкретики, не помнит адреса, но помнит имена родных, не помнит профессию, только свои действия. Явное нарушение кратковременной памяти.
На лицо все признаки нервозности, он всё время оглядывается и тяжело дышит, явно испытывает сильный стресс. Согласно карте, на момент поступления в отделение имел нервный срыв, нарушение аппетита, апатию, обсессивно-компульсивное расстройство в лёгкой форме, спектрофобию, нарушение сна. Болезнь прогрессировала стремительно, параноидальные мысли вылились в зрительные и, судя по всему, слуховые галлюцинации, от чего возрос уровень стресса, и пациент начал регрессировать. Определить причину приступов пока невозможно. Истощённым не выглядит, жалуется на общее плохое самочувствие без конкретики.