— Да. Я не люблю мокнуть под зимним дождём, — Дитмар грустно улыбнулся.
— Тогда… Вам нужна темнота. И чтобы комната была без потолка и стен… Знаете, мой друг там часто читает книгу и следит за ветром.
— Почему вы считаете, что я должен познакомиться с вашим другом? Он ведь ваш друг, не мой, — Дитмар наклонился к нему и улыбнулся улыбкой такой грусти и тоски, что сердце сжалось.
— Потому что охрана спасёт тело. А кто спасёт… — Дитмар приложил палец к виску. Вильям почувствовал, как внутри всё холодеет. — Кто спасёт разум, доктор? Никто. Кроме него.
Вильям понимал, чем Дитмар так пугал всех. Он залезал в голову. Совершенно неосознанно, как будто случайно, но он угадывал, кто и чего боится, но хочет услышать. Вильям прекрасно понимал его. Потеря разума для него была самым страшным кошмаром. Он видел, как на его глазах спокойная приветливая женщина с причудами превращалась сначала в жалкое садистичное чудовище, лишённое всего человеческого, потом в полоумного психа, бросающегося на стены, а потом и вовсе пускала слюни, сутками смотря в стену. Удивительным образом вышло так, что на этом сеансе не только Вильям был врачом, но и Дитмар. Всего несколькими словами поддержки он смог сделать поразительно много. Когда он вышел, Вильям откинулся на спинку кресла и долго так сидел, пытаясь понять, что же он чувствует. Почему-то такое живое неподдельное участие его всколыхнуло. Это было и приятно, и неприятно одновременно. Он понимал, что привязывает, приковывает Дитмара к себе наручниками эмоциональной привязанности. И если с его стороны это что-то эгоистичное, простое желание уткнуться в чьё-то плечо и поговорить, то со стороны Дитмара это зависимость. Его жизнь зависит от того, как быстро Вильям сможет расквитаться с убийцей. А он из-за какого-то чёртова креста расклеился. Нашёл из-за чего страдать. Вильям мысленно уничижал повод для беспокойства, втаптывал его в грязь, чтобы получилось наконец выдохнуть. Чтобы этот крест не висел на шее центнеровой гирей. Наконец спрятав диктофон под пояс брюк, Вильям собрал блокнот с картой и вышел.
Закрыв кабинет, он сдал карту и, пошагал в коридор с палатами. В плановом отделении пациент у него только через полтора часа, нужно забить время. Все были настолько заняты своими делами, что никто даже не обратил внимания на то, что он зашёл в коридор и двинулся прямо к палате Мелисы. К рассказам Дитмара нельзя относиться несерьёзно, уже два случая это чётко показали. Если он говорит "паучок в коробочке", значит паучок в коробочке. Мало ли, какие у Мелисы были причуды. Вильям знавал пациентов, которые своими питомцами считали обычных прусаков и очень злились, когда их травили. Вильям аккуратно ощупал матрас и наконец вытащил из-под него небольшую жестяную коробочку монпасье. Приоткрыв её, он вздохнул. Вот и коробочка с паучком. Паучок действительно сидел там, небольшой, обычный домовый паук. В паутине висели явно заботливо туда засунутые несколько мошек и раздавленный таракан. Закрыв коробочку и аккуратно положив её в карман брюк, он решил прогуляться, прежде чем пойти в плановое отделение. Снова раздрай, нужно его разогнать и побыстрее. Да и поискать бы эту комнату без потолка. Судя по описанию, она где-то в сквере, ангелов и каштаны он узнал хорошо. В гардеробе Вильям перепрятал диктофон во внутренний карман пальто и вышел. Он не знал, зачем записал разговор, но было ощущение, что он ещё пригодится. Да хотя бы самому переслушать, может он пропустил какие-то интонации, которыми Дитмар мог намекнуть. Выйдя к фонтану, он огляделся по сторонам и, хмыкнув, пошёл по аллее к жилому корпусу. Пройдя мимо, он пошёл прямо к закрытой территории, куда так часто видел идущим мужчину в клетчатом пальто.
Дорожку пересекал старый забор из уже погнувшейся от старости сетки-рабицы. Эта часть огромных угодий была закрыта. Почему и зачем — непонятно. Может, там упал снаряд и его решили не разминировать. Вздохнув для смелости, Вильям аккуратно пролез в дырку, которую явно оставили дикие животные и бездомные собаки. Дикий виноград на изгороди скрыл его от всего мира. Вот он, тот мир, о котором говорил Дитмар. Старые разбитые ржавые фонари, дорожки угадываются чудом. Это место было больше похоже на небольшой лесок. Вильям медленно шёл вглубь, оглядываясь. Комната без стен и потолка. Машина с ангелом. Они должны быть тут. Если их тут нет, окажется, что все его старания в работе с Дитмаром просто чушь. Статуи ангелов и каштаны из рассказа Дитмара он и так узнал. Если окажется, что и вторая часть вовсе не галлюцинации, а реальность, это повод пересмотреть весь свой подход к Дитмару.