В тишине странного леса слышно птиц. Дитмар напротив него, смотрит, улыбается. Они в низинке, в руках музыкальная шкатулка. Она тихонько играет мелодию. Красивую, призрачную. Зачем? Откуда она? В мелодии есть что-то… Знакомое до боли. Что же?
— Что за мелодия? Красиво.
— Это. Что это?
Дитмар пожал плечами и обернулся на кого-то, кто идёт к ним. Мужчина в костюме и с тростью.
— Идёшь с нами?
— А я могу не идти?
— Это твой сон, ты можешь остаться здесь, если хочешь. Я столько раз предлагал тебе выйти отсюда, а ты всё сопротивляешься.
— Но тогда кошмар не закончится, он оборвётся. Как и в жизни. Нужно его закончить, чтобы случился финал.
Мужчина пожимает плечами. Уходит. Дитмар стоит в нерешительности, не понимая, остаться ему или уйти. Он не будет держать, не будет. Это его кошмар, он в состоянии его пройти. Поднимает шкатулку, крутит ручку, чтобы музыка продолжалась. Идёт к огромному старому дому, ступая по красным листьям босыми ногами. Он пройдёт. Он знает, что делать. Сзади шуршат листья, кто-то хватает его за руку. Дитмар.
— Вы обещали мне помочь, доктор. Я не могу бросить… Вас.
— Спасибо.
Дитмар улыбается, обнимает. Показалось, или он поцеловал его в щёку? Или?
Сказать, что ему стало лучше — ничего не сказать. Вильям спал всю ночь как убитый, без кошмаров, без попыток подскочить посреди ночи. Утром он встал по будильнику, выпил адсорбента, чтобы убрать остатки тошноты. Голова ещё гудела, но, казалось, кто-то отлично так промыл мозги, отмыл и от той дряни, которая их облепила и не давала думать. Решив довершить лечебное действие своих таблеток, он выпил на завтрак кофе с сэндвичем в полупустой столовой и пошёл в кабинет. Он действительно чувствовал себя лучше, легко встал, привёл себя в порядок и пришёл раньше всех. Зайдя на лестничный пролёт он поморщился. На лестнице стоял ощутимый неприятный запах химии. Кто-то чем-то лестницу помыл? Или окна? Что-то ужасно едкое, неприятное. Оно ощутимо ело глаза. Опустив лицо, чтобы чихнуть, Вильям чуть не скатился с лестницы, одновременно пытаясь чихнуть, наклониться, подавить удивление и шагнуть. На ступеньке, деревянной, красивой, тёмной, было чётко видно след остроносой мужской туфли.