— Бой почти закончился. Тех пожирателей, что ещё остались в живых, мои воины без труда перебьют. Так что ты можешь отозвать своих людей, и я хотел бы переговорить с тобой в моих покоях.
— Хорошо, я отдам кое-какие распоряжения своим людям и после этого смогу встретиться с вами, — ответил он, слегка поклонившись.
От этого правитель со злостью глянул на него и крепко сжал губы, так что рот его превратился в тонкую щель. Однако более ничем он не стал выражать своего недовольства и, резко обернувшись, зашагал прочь. Денис долгим взглядом смотрел ему вслед.
— Не нравится мне это, капитан. Что если в благодарность за помощь, он захочет сделать какую-нибудь подлость?
— Всё может быть, но не идти навстречу ещё опаснее. Это будет прямое неуважение к правителю, и тогда мы точно попадём в беду, так что выбор у нас невелик. Будем надеяться на благосклонность Великого Касиана, и, быть может, Ариана будет поблизости.
— Не слишком ли вы надеетесь на неё, капитан? Она хоть и принцесса, но я сомневаюсь, что она имеет на брата большое влияние.
— И что же ты предлагаешь?
Он ничего не ответил и предпочёл сменить тему:
— А что делать с этим приспешником жреца? И вообще, зачем вам понадобилось говорить, что он один из нас?
— Перед тем, как правитель застрелил жреца, тот пытался что-то сказать. Его попытка навела меня на мысль, что не всё так просто. Возможно, этот паренёк что-то знает, а отдать его на растерзание Марсету мы всегда успеем. А пока, отведи его в мой шатёр, и глаз с него не спускай, ты мне за него головой отвечаешь, ясно?
— Так точно, капитан.
— Вот и славно, да, вот ещё что. Уведи наших людей в лагерь, и пусть они там держат ухо востро и не прячут бластеры далеко, а я тем временем схожу во дворец. Посмотрим, что мне хочет сказать правитель отеотисов.
Денис не спеша отправился к городской стене, где уже был опущен подъёмный мост через ров. У ворот его ожидало двое стражников дворца. Денис узнал их по золочёным нагрудникам. Они провели его во дворец, во внутренние покои самого правителя. Денис снова оказался в той самой комнате, куда его и остальных отиотисианских девушек привели, когда Ариана вернулась домой во дворец.
Теперь правитель был там один и восседал не на своём малом троне, а стоял у окна. Лучи заходящего солнца освещали его фигуру так, что он казался выточенной из золота статуей, а не живым существом. Войдя в зал, Денис, помедлив несколько секунд, слегка кашлянул, дабы привлечь к себе внимание. В ответ правитель медленно повернулся к нему и посмотрел на своего гостя холодными глазами. В ответ Денис поклонился ему, однако в этом поклоне было лишь уважение к равному. Снова глаза правителя полыхнули холодным огнём. Глядя в них, Денис вдруг с какой-то странной иронией подумал, что испытывает сейчас правитель, глядя на своего бывшего хетта. И тут в его голове прозвучал голос Тойлонта, в его словах слышалась усмешка:
— Наверно, он бы с превеликим удовольствием сейчас приказал заковать тебя в цепи и отправить в подземелье, где подверг бы самым изощренным пыткам, но увы, обстоятельства не позволяют.
Это высказывание показалась Денису настолько забавным, что он едва удержался от улыбки. Тем временем, правитель отвел, наконец, от него взгляд, и всё так же двигаясь не спеша, прошёл к своему трону и занял привычное место. После этого он, наконец, соизволил заговорить с касианцем.
— Моя сестра Ариана поведала мне, что это по её просьбе вы пришли сюда и помогли нам в битве.
— Да, ваша божественность, это так.
— Что ж, хорошо. Думаю, после оказанной вами услуги, вы можете рассчитывать на нашу милость. Чего же вы хотите за вашу помощь? Я сделаю все, что в моей власти, дабы награда соответствовала деянию.
Денис поклонился правителю, снова выражая признательность, и не успел он открыть рта, как в голове его зазвучал знакомый голос. Великий Касиан, голосом его отца, приказал Денису просить правителя о возможности беспрепятственно попасть на остров мёртвых и пребывать там какое-то время. Повинуясь велению, Денис передал эту просьбу правителю, тот в ответ немало удивился:
— Что это вам там понадобилось?
— Ваша милость, на острове остались кое-какие вещи, которые мы оставили там, когда нас пленили. Я хотел бы вывезти их оттуда.
Правитель ответил не сразу, пару минут он задумчиво потирал подбородок, после чего произнёс:
— Ну, хорошо. Думаю, я могу дать вам такое разрешение. Вы можете ехать на остров.
— Благодарю вас, ваша милость, но многие из оставленных там нами предметов громоздки, и забрать их за короткое время вряд ли удастся. Сколь долго мы можем там находиться?
— Столько, сколько вам понадобится на сборы, однако не задерживайтесь там надолго.
— О, конечно, ваша милость.
После этого, поблагодарив правителя, Денис спросил разрешения покинуть дворец и вернуться к своим людям. Марсет в ответ кивнул и, позвав стражников, приказал им проводить гостя до ворот города. По возвращению в лагерь, Дениса встретил Тренк, сидящий в его шатре и лично охраняющий, успевшего к тому времени прийти в себя, спутника, бывшего верховного жреца. Паренёк сидел у центрально шеста шатра, что поддерживал его потолок, и смотрел на окружающих глазами, загнанного в угол дикого зверя. Приняв от первого помощника отчёт о состоянии дел в лагере, Денис отпустил его, а сам, оставшись наедине с пленником, приступил к его допросу.
— Итак, парень, кто ты, как тебя зовут, и как ты оказался здесь, в компании жреца?
Пленник не проронил ни слова, лишь наградил Дениса испепеляющим взглядом. Прождав с минуту ответа, Денис снова заговорил, и на этот раз в голосе его слышался металл:
— Слушай, если ты не желаешь говорить со мной, я ведь могу отправить тебя правителю отеотисов, а он точно найдёт способ разговорить тебя.
Пленник упрямо сохранял молчание.
— Ладно, хорошо, хочешь так, пусть будет по-твоему.
Подойдя к выходу, Денис откинул полог и позвал Тренка. Тот незамедлительно вошёл в шатёр.
— Да, капитан?
— Вот что, возьми пару охотников и отведите-ка этого молодого человека к правителю Марсету. Скажи ему, что мы ошиблись, и этот парень вовсе не один из наших воинов. Он был с верховным жрецом, и я передаю его ему, в качестве боевого трофея, пусть делает с ним все, что его душе угодно.
Тренк кивнул и вышел из шатра. Всё это время Денис не сводил глаз с пленника, а тот, не отрываясь, смотрел в пол, и глаза его постоянно перебегали с одной точки на другую, однако более он ничем не выдал своего волнения. Наконец, в шатёр вошли двое пилотов. Подойдя к пленнику, они подняли его с пола и стали отвязывать от шеста, после чего снова связали ему руки за спиной и уже собирались вывести прочь, как вдруг нервы паренька сдали, и он, выворачиваясь, словно рыба, попавшая на сковородку, завопил во всё горло, стал упираться изо всех сил. Несколько секунд Денис молча смотрел на эту борьбу, после чего жестом остановил уже готовых вывести связанного пленника пилотов.
— Итак, даю тебе последний шанс, будешь отвечать на мои вопросы?
Парень сник в руках касианцев и, не поднимая головы, несколько раз кивнул.
— Отлично, значит, продолжим нашу беседу. Предупреждаю, если ты будешь мне лгать, а я это сразу узнаю, тебе не поздоровится.
Он отпустил пилотов, и как только они оставили их, снова обратился к пленнику.
— Итак, я жду ответа на свой вопрос.
Парень облизнул пересохшие губы и тихо начал говорить:
— Я Леорот. Всю свою жизнь я жил в горах со своей матерью, а какое-то время назад к нам пришёл тот, кого вы называете жрецом. Он сказал, что пришло моё время занять подобающее мне место. Мать воспротивилась, но он всё равно увёз меня.
— Подобающее тебе место, что это значит?
— Не знаю, правда. Я спрашивал его, но он лишь говорил, что ещё не время, но скоро я всё узнаю.
Денис ничего не ответил. Похоже, что парень не лгал. Молодой капитан внимательно обвёл его глазами. Вдруг, в вороте его полурасстегнутой куртки, он увидел край медальона. Он сразу узнал его, точно такой же носил правитель Марсет, но что он делает на шиотиском парне? Ведь этот медальон — знак отличия отиотиских правителей, их символ власти. Подойдя к пленнику, Денис снял с его шеи медальон, отчего тот, снова задергавшись, закричал так, словно его резали: