С пера, которое директор держал в руках, медленно и вдумчиво сорвалась капля чернил, упав на плотный лист дорогой бумаги. Обычные ручки, или, на худой конец, карандаши, для писем мгновенной передачи не подходили. Только старомодные перья и искрящиеся чернила.
— Что все это значит? — грозно спросил хозяин.
— Что мне придется все переписывать? — Арануш с грустью смотрел на испорченный, исписанный почти наполовину, лист.
— Почему Морра была одна в столовой?
— Привыкала к академии. — не моргнув и глазом, сообщил директор. — Что-то пошло не так?
— К ней приставали три студента.
Директор удивленно посмотрел на меня.
— Все было под контролем, — попыталась заверить я директора, — я бы с ними разобралась. Это было бы, конечно, громко, больно и, скорее всего, кто-нибудь из них попал бы в лазарет, но я бы разобралась и сама.
— В лазарет? — сухо переспросил Илис. — Ты мелкая и слабая, чтобы ты сделала?
— Вот именно потому что я мелкая и слабая, в лазарете лежала бы не я, а те бараны, которые ко мне пристали, — директор смотрел на меня с сомнением, Илис с откровенным недоверием, — я быстрая и меткая, и у меня в руках был поднос. Я бы их уделала.
— Ты больше никуда не пошлешь ее одну, — потребовал Илис у директора, отвернувшись от меня. Он меня проигнорировал. Меня! Проигнорировал.
— Боюсь, что пошлю, — Аррануш улыбнулся, — и не раз. На время, пока Велада не закроет сессию, Морра займет ее место.
— Чего? — секретарши или некроманта? Некроманта или секретарши? Что одно, что второе, мне не нравились оба варианта.
— Мы посовещались с Илли, — сова взъерошила перья, с закрытыми глазами восседая на своем насесте и всем своим видом демонстрируя отказ брать на себя ответственность за дурные директорские идеи, — и пришли к выводу, что это идеальное решение всех наших проблем. Мне нужен секретарь, Морре нужно обживаться в академии. Неплохо было бы совместить приятное с полезным.
— Нет, — хозяин был настроен категорически.
— Ты не сможешь постоянно находиться рядом с ней, — директор тоже сдаваться не собирался, — она должна учиться жить самостоятельно.
— Я всю жизнь только тем и занималась, что жила самостоятельно, — проворчала я, почесав плечо, которого касался стихийник. Кто бы мне раньше сказал, что прикосновения бывают такими неприятными.
— Теперь ты не только рагра. Тебе нужно научиться жить среди людей.
— Отец…
— Это не обсуждается, — отрезал Аррануш.
Илис нахмурился. Мнение рагры никто не спрашивал. Но я все равно высказалась.
— Ладно, я согласна, — выпалила я, думая о чае. Несладком чае.
Две недели чая без сахара, печенья, конфет или пирожных. Я научусь жить среди людей, а он научится жить без сладкого. Будем страдать вместе.
— Морра, — хозяин о моих мстительных планах ничего не знал и продолжал хмуриться.
— А чего? Я знаю расписание Велы. Успела выучить. Ничего сложного в нем нет. Я справлюсь, — я в это свято верила и еще не знала, насколько сильно ошибаюсь. Со стороны вся ее работа выглядела легкой и совершенно не страшной. Но только со стороны.
Директор, придирчиво осмотрев чашку, осторожно взял ее в руки.
— Приятно, что хоть один из вас способен мыслить здраво, — он в задумчивости отпил из нее и закашлялся, — что это?!
— Чай! — даже хмурый хозяин не помешал мне насладиться этим восхитительным выражением замешательства на лице Аррануша.
На одно короткое мгновение мне показалось, что все мои страдания окупились. Тогда я еще была непуганой и наивной, но директор быстро открыл мне глаза на суровую правду жизни.
Глава пятнадцатая. Испытательная
Шел всего второй день, как я выполняла работу за Велу, а уже успела побывать у стихийников, защитников, два раза у лекарей и один раз в морге.
В морг попала по ошибке, но до сих пор с содроганием вспоминала, как конвульсивно подергивалось тело на столе. Некромант-первокурсник не смог заставить мертвяка сесть и едва ли получил зачет, а я так и не сумела забыть ту картину.
И вот, меня опять послали к некромантам, как будто прошлого раза было мало.
Черствый директор эксплуатировал меня по полной, выжимая из бедной нечисти все силы. Я пока еще неохотно выжималась, но уже подумывала о забастовке, попутно восхищаясь Велой. Я всего второй день на этой должности, а уже мечтаю куда-нибудь сбежать, а она терпит и даже учиться успевает.
Уже на первом этаже, на подходе к лестнице, ведущей в подвалы, ощущался слабый запах сырости, и чем ниже я спускалась, тем сильнее он становился. С потопом некроманты как-то разобрались, но полностью избавиться от напоминаний о нем так не смогли.