Касперским не лечится
Касперским не лечится
Перестань. Не реви. Вот что ты плачешь? Как дитя, ей-богу. Да послушай, Ленок, нет у меня никого, кроме тебя. Нет, и не будет! Не «кутил» я ни с кем, и точка. Большая жирная точка. Какие там «девицы». Пойми ты, не до того было. Жизнью рисковали. Век монитора не видать, если соврал.
Ну сколько можно-то? Опять ты за свое. Радоваться нужно, что я жив и здоров, а ты заладила: где был, где был? Пиво пил! Все равно не поверишь. Да, именно потому и не хочу рассказывать. Я сам в это с трудом верю. В голове до сих пор не укладывается. Не перестанешь, пока не расскажу? Жестоко. Смахивает на шантаж. Ну гляди. Сама напросилась.
Вальку-то, надеюсь, знаешь? Не, толстяк - Вадик. А Валька - наоборот мешок с костями. Рыжий такой, сутулый, в очках. Вспомнила? Да-да, он самый. Хм...
Почему смеюсь? Просто представил, что за околесицу сейчас буду нести и невольно усмехнулся. Сам бы ни за что не поверил, если бы мне такое поведали. Ладно, ладно, не кипятись. Присяду только...
Готова? Вся во внимании, значит. Тогда слушай...
***
Итак, Валька и я... В общем, сидим мы у него дома. В зале. А зал у него... Не зал - стадион крытый: покуда из одного конца в другой идти будешь - кофе остынет. За окном темнота хоть глаз выколи. Внутри ничем не лучше. Так, монитор мерцает. Ну глаза еще Валькины горят. За это его и уважают: с огоньком работает. Почему без света сидим? Так это... Вальке он сосредоточиться мешает. Чудной наш Валька, как и все гении.
Словом, горбимся мы перед компьютером, кофеек дуем помаленьку и кумекаем над очередной прогой. Программой то есть. На часах полночь, а она не идет ни в какую - и все тут. Шеф работой завалил по самое не хочу.
Сидим в тишине. Не в полной, конечно. Винчестер шуршит, да кулер поскрипывает, с шорохом гоняя воздух. Иногда Валька поругивается. А я тебе скажу, если Валька сквернословить пускается, то задачку нам, видать, и впрямь подкинули неприступную - как Брестская крепость. Зато Вальку это только заводит, и любо-дорого поглядеть на него во время работы. Про глаза я уже говорил, а с каким изяществом пальцы клавы, клавиатуры то бишь, касаются, с таким лучшие пианисты по фортепьянным клавишам не стучат. И скорость, скорость! Веришь - нет: за руками уследить невозможно. Ладони над клавой так и порхают, так и порхают.
И что там Галактика! - вся Вселенная, похоже, свернулась для Вальки до размеров рабочего стола, и никакая сила не оторвет его от «компа».
Время идет. Вальке хоть бы хны, у меня глаза слипаются. Гляжу на часы: пол первого. Вот тут-то и слышу, как поблизости будто высоковольтные провода затрещали. Оглядываюсь. Да где в такой тьме увидишь чего.
Осторожно толкаю Вальку в бок, тихо спрашиваю, дескать, слышишь? Он кивает, бурчит под нос, мол, проводка плохая, контакты там. Тем временем звук усиливается. Даже не знаю, как объяснить, что с воздухом в комнате творится. Сгущается он, что ли, напряжением каким-то наполняется. Вальке-то по барабану, что там сгущается...
Дальше? Ох, дальше... Может быть, не стоит? Хорошо-хорошо, не злись. Рассказываю. Ты только не плачь.
Значит так. Не знаю, сколь долго продолжалась эта канитель с воздухом и слышался треск. Но потом он внезапно стих, и во тьме вспыхнули огоньки! Ярко-желтые, величиною с наперсток. Да, вот так. Из ниоткуда и неизвестно зачем, в противоположном конце зала. Бац - и вспыхнули.
Валька-то по-прежнему ничего не видит и не слышит - уставился в монитор, как баран на новые ворота. И не подозревает, что за спиной деется. Я-то поначалу думал, что это у меня от недосыпа. Все-таки почти сутки не спал. Мало ли чего. Вот-вот и у меня глаза тоже на лоб полезли. Чертовщина? Да, чертовщина. Хотя настоящая чертовщина позже началась.
Огоньки эти словно живые. В стайку сбились и закружились быстро-быстро. А у меня вдоль позвоночника страх уже вовсю холодок гоняет: туда-сюда, туда-сюда. Смотрю на них будто завороженный, и слушаю, как Валька по клавишам наяривает. Пошевелиться не могу, язык к небу прилип. Ну подозреваю, сейчас что-то будет...
Что-что?! Они как вспыхнут разом! А на их месте, не поверишь, очутился... самый настоящий демон. Вот я это и сказал. Покраснел? Покраснеешь тут. Чувство такое, будто непристойность какую незнакомцу бросил.
Как выглядит? Ну демон и демон. Здоровущий, рогатый. Кожа бурая с серым отливом, клыкам во рту тесно, как многодетной семье в комуналке, хвост крокодилий, глаза по ложке и пылают раскаленными конфорками. Ткни в них сигаретой - наверняка задымится.
Понятное дело, у меня сердце в пятки - бух, а веки сами собой - хлоп. Размыкать не решаюсь. Все еще надеюсь, что глюки одолели. Слышал, бывает такое, когда человеку долго спасть не дают. Думаю, подожду немного, пускай отдохнут.