Бутылки амасека сменили хозяина, как и болтерные патроны. Все довольны, все счастливы.
А провалился Рон в том числе из-за болтерных патронов. Бывает, что движок пули не активируется и в противника врезается не скоростная капсула смерти, а просто крупнокалиберная стаб-пуля. И то, что должно было «сорвать башню» сверхнакачанному вурдалаку, даже не смогло пробить ему лобную кость черепа. Он разозлился и с разбега врезался в Рона, из-за чего они и провалились в некий технический колодец.
Вурдалак по дороге завис на торчащих из стены арматурах, причём очень хорошо: нанизался насквозь и головой. Рон же, после серии столкновений с торчащими из стен колодца арматурами, упал спиной на груду кирпичей, что его и вырубило. Не будь на нём панцирной брони, он бы, скорее всего, не выжил, но с нею отделался лишь парой травм и потерей сознания.
Бронированный экзоскелет, к слову, передали в штаб полка, видимо, какой-то шишке, которая будет участвовать непосредственно в боевых действиях, возможно даже и генералу Соллу, поэтому Рону не оставалось ничего другого, кроме как облачиться обратно в панцирную броню.
Поднявшись на ноги и наложив на себя диагностическое заклинание, Рон понял, что делать нужно не особо много: скрепить руку заклинанием «Интердум Карем», обеспечивающим сбор сломанных костей в единое целое, а затем закрепить эффект заклинанием «Солидаментум», которое быстро всё срастит. Когда с переломом было покончено, Рон залечил порезы и ушибы, а потом уже начал думать о сложившейся ситуации. Судя по часам, он пролежал тут около сорока минут. Высота падения – пятьдесят с лишним метров, которые сами по себе могли его прикончить, но столкновения с арматурами, на удивление, спасли его жизнь.
###Старшина Уизли вызывает РР-1### – попробовал он достучаться до своей сборной разведроты. – ###Старшина Уизли вызывает РР-1###
Бесполезно. По всем каналам вокс-связи тишина.
Забраться обратно не получится: арматуры здесь не случайно, они явно предназначены для защиты от любителей альпинизма. Отпнув сдутый футбольный мяч, хрен знает сколько сотен лет пролежавший среди этого мусора, Рон двинулся к ближайшему входу в тоннели.
Визор позволял неплохо видеть в темноте, поэтому вход был найден практически сразу. Небольшая арка вела в тёмный узкий тоннель, один из многих тысяч. Рон приподнял шлем, откусил развёрнутую шоколадку и начал задумчиво жевать. Запив всё это водой из фляжки, Рон рыгнул и надвинул шлем обратно. Ему подумалось, что здесь он слишком часто вот так обедает. Обёртка шоколадки «Имперский удар» упала на запылённый пол и отлетела в сторону, поддавшись потоку невесть откуда взявшегося здесь ветра.
Рон посмотрел в сторону противоположную полёту обёртки. Если вглядеться в кирпичную стену, то видно, что кто-то некачественно замуровал проход: щели между кирпичами свободно пропускали воздух. Рон заинтересовался находкой. Может, это ничего не значит и просто кто-то устранил «лишний проход», а может, там спрятано что-то таинственное и загадочное. Скорее всего, там просто очередной тоннель, но Рон решил проверить. Может, там лестница?
Штык-нож покинул ножны и тут же был задействован для расковыривания цементного состава. Десять минут работы и проход был освобождён. Мало того, что тут кирпичи кто-то клал тяп-ляп, так ещё и цементный состав был изготовлен не по технологии, поэтому крошился практически при тычке пальцем.
За стеной обнаружился, как нетрудно догадаться, коридор. Но вёл этот коридор к лестничной шахте. Правда, шахта вела не наверх, как надеялся Рон, но вниз, ещё глубже в подземелье, где его легко могут завалить своими трупами кровососы.
Рон задумался. Чтобы лучше думалось, он открыл ещё один шоколадный батончик и начал его есть.
С одной стороны, надо возвращаться к своим, чтобы вместе противостоять кровососам, так безопаснее и для них, и для него. С другой стороны, можно сэкономить кучу времени и людских жизней, если разобраться с командованием кровососов самостоятельно. Резоны на это были: если грамотно пользоваться невидимостью и щитами, можно пробраться на самое дно этих подземелий практически незаметно.
Для решения дилеммы Рон решил использовать классический способ. Бросок монеты: аквила – он возвращается к своим, Терра – идёт гасить кровососов самостоятельно…
Терра.
– Вот и порешили. – усмехнулся Рон.
Проверив пласталевую лестницу на прочность, он начал спуск.
Темнота лестничной шахты больше не пугала – он привык. Тишина больше не настораживала – напротив, успокаивала. Он так долго пробыл в подземельях, что даже его организм приспособился к жизни без солнца.
Лестница привела его к грязному и сырому помещению, где когда-то хранили пергаменты с записями, но очень сильно слажали с местом, так как всё сгнило и о существовавших здесь когда-то пергаментах свидетельствовали только надписи над стенными нишами.
Рон был настороже. Руны «Протего» слетели с пластинок на нагруднике, поэтому что-то мало-мальски серьёзное убьёт его практически сразу, но это будет устранено в ближайшее время, дайте только место, где можно будет безопасно провести пару-тройку часов…
К счастью, на наплечниках и поножах со шлемом защита сохранилась, поэтому внезапных отрывов конечностей можно было пока что не опасаться.
Часы путешествия по непонятным пустым тоннелям, где нет-нет, но встречаются следы жизнедеятельности кровососов: обрывки одежды, фрагменты разгрызенных костей, какие-то предметы быта, инструменты, гвозди…
Трёхмерная приблизительная карта, которую сумели нарисовать с помощью передвижных ультразвуковых аппаратов инженеры, давала некоторое представление о первых пяти этажах, но не об остальных. Так-то пять уровней практически полностью контролируются полком, а где контроль обеспечить невозможно и кто-то из самых приспособленных кровососов всё же умудряется проскочить, производится подрыв тоннелей и установка ловушек с минами. Время от времени взрываются самые одарённые…
Тоннель внезапно закончился огромным залом. И Рон вышел практически у его потолка.
В самом зале кипела жизнь: дубовые столы были выставлены в длинные ряды, накрыты багровыми скатертями и были уставлены различными яствами. Рон идентифицировал цельные куриные тушки, непонятное жареное мясо, а главное, ни одного овоща или фрукта. Прямо-таки триумф мясоедства.
Между столами сновали слуги, которые продолжали расставлять на столах всё новые и новые мясные блюда и красного цвета напитки в графинах. Рон ставил сто фунтов стерлингов к одному, что внутри графинов кровь.
Видимо, ребята решили устроить грандиозный пир.
И тут Рону в голову пришла одна идея…
//Спустя полтора часа, торжественный зал Гнезда//
Князь Муккул с соответствующим своему статусу видом вошёл во врата торжественного зала. Правая рука Патриарха – титул, который вызывал зависть и ненависть у большей части Гнезда, а также благоговение у меньшей. Такова уж природа их величественного вида.
Его сопровождала свита из двадцати личных наложниц и жены. Аэмия – прямая дочь Патриарха, по праву рождения, а не только обращения, поэтому неудивительно, что её муж в конце концов занял столь высокое положение. Вечно молодая Аэмия – создание, столь же коварное и хитрое, сколь прекрасное. С ней всегда нужно держать ухо востро, но Муккул уже привык. Попробуй не привыкни, за эти-то семь сотен лет…
Наложниц он брал и отвергал по собственной прихоти. Кого-то подкладывали под него ради каких-то привилегий, кого-то он брал силой, а кого-то дарил ему Патриарх.
Сегодня Патриарха на торжестве не будет, он не очень хорошо себя чувствовал.
Знает Муккул, как он себя «нехорошо чувствует»… Скорее всего, решил позабавиться с той пленной имперской подстилкой, которую накануне поймали в одном из тоннелей.
Воссев на трон по правую руку от трона Патриарха, Муккул как можно более величественно взялся за подлокотники с набалдашниками в форме человеческих черепов и оглядел зал.