Правительство князя Львова уступило свое место масонскому радикально-социалистическому правительству во главе с масоном Керенским.
Этот последний завершил разложение армии и страны, в октябре 1917 года передал власть большевиком без всякого сопротивления и противодействия.
130
После февральской революции центр мировой масонской политики переходит в Америку.
Из Америки идет моральная и финансовая поддержка большевистской революции.
Троцкий (Бронштейн) и Зиновьев (Алфель- баум) направились со своими соплеменниками из Америки. Троцкий, как немецкий шпион, был задержан английской полицией на пароходе около Галифакса. Его арест не был продолжителен. Масон Милюков, министр иностранных дел правительства князя Львова, предупрежденный по телеграфу Шиффом, потребовал у Бьюкенена, английского посланника, чтобы он освободил «брата» Троцкого. Троцкий был освобожден и мог продолжать свою работу.
Великий праведник Земли Русской о. Иоанн Кронштадтский предвидел грядущее царство Антихриста и призывал православных быть готовыми к принятию страшного события:
«Царь у нас праведный и благочестивой жизни, Богом послан ему тяжёлый крест страданий, как своему избраннику и любимому чаду, как сказано тайновидцем судеб Божиих: «Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю» (Апок. 3, 19). Если не будет покаяния у русского народа, конец мира близок. Бог отнимет у них благочестивого царя и пошлёт бич в лице нечестивых жестоких самозваных правителей, которые зальют всю землю кровью и слезами».
Луначарский – министр просвещения у большевиков, однажды сказал: «Мы ненавидим Христианство и христиан. Даже лучшие из них должны
131 быть рассматриваемы как наши злейшие враги. Они проповедуют любовь к соседу и милосердие, что совершенно несовместимо с нашими принципами. Христианская любовь – это препятствие развитию нашей революции. Долой любовь к соседу. Что нам нужно, так это ненависть. Только так мы покорим вселенную».
Этой ненавистью, декабристским «психозом крови», а также интеллигентской гремучей смесью беспочвенности и идейности проникнута и знаменитая ленинская формула: «Пусть вымрет 90 % русского народа, лишь бы осталось 10 % к моменту всемирной революции».
И заплечных дел мастера вожделенно взялись за дело.
Началась «Работа ЧК в России».
Об этом забытом геноциде, русском холокосте первых послереволюционных лет члены Ордена антирусской интеллигенции предпочитают не вспоминать. Иные их представители из числа «шестидесятников» в разговорах между собой ломали головы, куда девать страшную убыль населения, случившуюся в те годы. И приняли решение: «перетащить» все жертвы в 30-е годы.
По сей день нижеприведённые свидетельства есть чуть ли не государственная тайна. Приоткроем её.
В России каждый город имел несколько отделений, задача которых состояла в уничтожении образованного класса; в деревнях и селах эта задача сводилась к истреблению духовенства, помещиков и наиболее зажиточных крестьян, а за границей – к шпионажу и подготовке коммунистических выступлений, устройству забастовок, подготовке выборов и к подкупу прессы, на что расходовались сотни миллионов золота, награбленного большевиками в России.
«1-ю категорию» обречённых чрезвычайками на уничтожение составляли: 1) лица, занимавшие в добольшевистской России хотя бы сколько-нибудь заметное служебное положение – чиновники и военные, независимо от возраста, и их вдовы; 2) семьи офицеров-добровольцев (были случаи расстрела 5-летних детей, а в Киеве разъярённые большевики насквозь прокалывали штыками своих ружей даже младенцев); 3) священнослужители; 4) рабочие и крестьяне, подозреваемые в несочув- ствии советской власти; 5) все лица, без различия пола и возраста, имущество коих, движимое или недвижимое, оценивалось свыше 10 000 рублей.
По размерам и объему своей деятельности московская Чрезвычайная комиссия была не только министерством, но как бы государством в государстве. Она охватывала собой буквально всю Россию и щупальца ее проникали в самые отдаленные уголки необъятной территории русского государства. Комиссия имела целую армию служащих, военные отряды, жандармские бригады, огромное количество батальонов пограничной стражи, стрелковых дивизий и бригад башкирской кавалерии, китайских войск и прочее и прочее, не говоря уже о специальных, привилегированных агентах, с многочисленным штатом служащих, задача которых заключалась в шпионаже и доносах.Во главе этого ужасного учреждения стоял человек-зверь поляк Феликс Дзержинский, имевший нескольких помощников, и между ними Белобородова, с гордостью именовавшего себя убийцей царя. Во главе провинциальных отделений находились подобные же звери, люди, отмеченные печатью сатанинской злобы, а низший служебный персонал, как в центре, так и в провинции, состоял, главным образом, из подонков всякого рода национальностей – евреев, китайцев, венгров, латышей и эстонцев, армян, поляков, освобождённых каторжников, выпущенных из тюрем уголовных преступников, злодеев, убийц и разбойников.