Учебная зельеварня располагалась ниже уровня земли. Мрачно. Холодно. Немного сыровато. Воздух свежий, что неудивительно: вытяжка и вентиляция здесь усиленные, иначе никак. Длинные ряды крепких столов, служащих одновременно и партами, и лабораторными поверхностями. На столах — магические горелки и треножники для котлов. Ряды парт расставлены на удалении друг от друга, давая возможность спокойно проходить и стоять между ними.
Вдоль стен установлены шкафы с оборудованием и ингредиентами в банках. Некоторые — наглухо закрыты, некоторые — с застеклёнными дверцами или вовсе без передней стенки. В дальнем углу — несколько бочек с водой под поворачивающейся трубой. Имеется учительский стол на возвышении, классная доска и две двери в смежные помещения.
Хмм. Это вторая аудитория, специально оборудованная для преподавания нужного предмета. К банкам с разноцветной гадостью мы не пойдём — там наверняка защита и сигнализация имеется. А пойдём мы к переднему ряду и займём место в центре. И место для Невилла займём… мешком с виноградом. Сумок-то я не ношу.
Достав «Нумерологический сборник», я стал знакомиться с аналогом математики у магов. Эта тема оказалась увлекательнее «Вестника зельевара», хотя в «нумерологическую» нотацию нужно было вникать отдельно. Я погрузился в чтение и был вырван из него лишь гневным окриком:
— Поттер! Что вы тут делаете?
Снейп. Блин, да что опять не так-то?
— Ожидаю начала занятий, профессор, — я оглянулся на толпу входящих студентов. Слизеринцы. Приведены своим деканом на свой урок.
— Как вы сюда попали? — Снейп подозрительно оглядывал отдельно стоящие шкафы с укреплёнными дверцами.
— Дверь была открыта.
— Что вы говорите!
— Нажал на ручку, зашёл, сел. Я что-то сделал не так?
Снейп посверлил меня глазами, оглядел окружающую обстановку, развернулся и вышел из класса.
— Поттер, ты попал, — рядом со мной устраивался Малфой. Гринграсс на этот раз выбрала место с края, поменявшись с Малфоем. — Кр… Декан о тебе только и говорит со вторника. Как о любимой занозе в… шлицах. Готовься к погребению заживо.
Крэбб и Гойл рассаживались позади нас. Слизерин традиционно занимал правую половину мест.
— Напугал ежа… Пусть возьмёт пару уроков у МакГонагалл, оперативно закапывать-то.
Малфой хотел ответить, но вдруг втянул воздух носом, нашёл взглядом мешок и спросил:
— Что у тебя там?
— Да Лонгботтому место занял.
— Лонгботтом — это правильно. А из мешка вроде виноградом пахнет?
— А… это на зелья. Если Сн… ваш декан заинтересуется.
Малфой дёрнул бровями, но разговор пришлось прервать: в класс ворвались львы. «Слизни опять всё заняли» и прочее, как всегда.
Я махнул рукой Лонгботтому, убирая мешок. Рядом ожидаемо устроилась Грэйнджер. Столь же ожидаемо первая парта больше никого не соблазнила, зато галёрка заполнилась максимально плотно. Наивные. Где, по-вашему, Снейп будет ходить во время урока чаще всего?
Снейп вошёл в класс вместе с гонгом, энергичной походкой преодолел расстояние до кафедры, развернулся и вперил в нас два бездонных тоннеля своих зрачков. Мигом установилась тишина. Казалось, в зельеварне похолодало ещё больше.
В такой же идеальной тишине профессор начал перекличку. Называл фамилию и ненадолго придавливал её владельца взглядом. Так продолжалось до буквы «П».
— О, да, — негромко произнёс Снейп вместо моего имени. И посмотрел на меня как на долгую, многолетнюю зубную боль. — Наша новая знаменитость.
Откуда-то со стороны рыжей галёрки захихикали. Не обращая на это внимания, я спокойно смотрел на преподавателя. Вряд ли моя знаменитость успела его так достать лишь за прошедшие три дня.
Снейп вздохнул, вернулся к журналу и продолжил перекличку.
— Вы здесь, — начал он вступительную речь, когда с алфавитом было покончено, — для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку.
Снейп говорил негромко, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Сохранялась абсолютная тишина. Никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами.
— Глупое размахивание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, — продолжил Снейп. О, а вот насчёт палочек мне нравится. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая чувства… Могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть.