- Успокойся ты, а я никогда не успокоюсь.
Она молча разделась и легла в постель. Я долго ворочался и думал о том, что это первая ссора в нашей совместной жизни. Было не по себе. Но и первым уступать я не хотел. Наконец, я решил пойти на примирение.
- Кула, как ты не понимаешь, ты ведь как никто должна ТАКОЕ понимать!
Она вздрогнула, и лицо её исказила гримаса боли.
- Как ты смеешь! Ты… - она уткнулась в подушку и плечи её задрожали.
- Понимаешь, Востур, я сморозил глупость. Я стал извиняться, но это не помогло. Я задел её за самое больное место! Она меня не простила. Поэтому ушёл из дома.
- М-да… Ну что ж, раз из-за меня начался «сыр-бор», значит мне вас мирить. Ладно, ты сиди дома, а я займусь поисками.
* * *
Пришёл профессор и между ними произошёл такой разговор:
- Кула ушла из дома. Они крупно поссорились. Я прошу вас, профессор, подсказать мне, как можно найти в этом городе девушку, не привлекая полицию. Её мобильник блокирует вызовы и я подумал, что по нему можно отследить её, однако для этого нужна специальная программа. У вас нет знакомых, которые могли бы помочь в этом деле? Я боюсь, как бы она не наделала глупостей. Она любит Кора.
- Да, конечно, я помогу вам. У меня есть один знакомый, он спец по таким вопросам. Сейчас, подождите.
Поговорив со своим знакомым, профессор сказал:
- Он поможет. Нужно привязать её карту к его номеру. Сейчас я передаю её регистрационный номер. С помощью поисковой программы он свяжется с ней. Ждём… Ну вот, смотрите, пойдёмте к консоли, там видно лучше.
Профессор активировал центральную консоль и развернул трёхмерное изображение города.
- Вот мы. Это наш район. А вот она. Видите этот жёлтый огонёк? Сейчас я привязываю вас к его системе. Так. Всё. Вызывайте такси, хотя нет, бросьте. Пойдём в гараж, я вас отвезу.
- Профессор, я у вас в неоплатном долгу!
- Ничего, потом, потом, давайте сначала найдём девушку!
Мы сели в машину и выехали на улицу. Навигация показывала, что Кула находится в районе центра. Что она там делала одна в этот час можно было лишь догадываться. Профессор включил компактный проектор и изображение места, где находилась девушка спроецировалось на лобовое стекло. Это была опера!
- Опера? – воскликнул Востур.
- Да, это здание оперного театра Сесимоны.
Профессор включил автопилот и голосовую связь с бортовым компьютером:
- Какая постановка идёт сегодня вечером в оперном театре? Время начала и окончания.
- Опера Карт Фуори «Веси любимого». Начало в 24-00, окончание в 26-00*. (*На Вастомире в сутках 36 земных часов – Прим. автора)
Востур связался тут же с Кором и передал ему информацию.
- Я возьму такси и сейчас же еду!
- Сиди дома, я сам всё улажу, не то всё испортишь. Сейчас она там успокоится, может, поплачет, и я поговорю с ней. Всё, до связи!
Через пятнадцать минут автомобиль припарковался на свободном месте в подземной парковке. Поднявшись на лифте в вестибюль, мы с профессором подошли к регистрационной стойке. Администратор взял наши карточки, снял оплату за вход и выдал нам два круглых жетончика с указанием мест. Ложа 8Д находится в левом крыле. Поторопитесь, опера уже началась!
Востур и профессор быстро нашли свои места и стали зрителями спектакля.
Сцена своими декорациями напоминала огромную раковину голубого цвета, в которой разворачивалось действие – мужчина стоял на одном колене перед сказочно красивой молодой женщиной, одетой в феерический наряд: воздушная накидка на голове падала вниз, открывая розовое такое же воздушное платье, скрывающее стройную фигуру певицы. Она протягивала левую руку с тонкой белоснежной кистью к мужчине, слегка поддавшись корпусом вперёд. Правая же рука была несколько отведена назад. Они пели арию. Музыка лилась по залу, а их голоса подхватывали мелодию, образуя вокальное сопровождение.
Востура поразил голос певицы. Он был необычайно насыщенный и сильный, несмотря на внешнюю хрупкость певицы.
- Кто это? – тихо спросил он профессора.
- Это прима театра – госпожа Каоси Футо.
Действие продолжалось. Молодой человек изливал свои чувства девушке, а она подхватывала его арию и постепенно их голоса сливались вместе, образуя чудесное сочетание. Тенор поднялся с колен и, взяв партнёршу за руки, прижал их к своей груди, смотря ей в глаза. Ария достигла своего апогея – влюблённые после признания в любви наслаждались взаимным счастьем, - торжество молодости, торжество любви изливалось на зрителей невидимым потоком, который Востур ощутил всеми клеточками. У него захватило дыхание и он даже привстал, чтобы рассмотреть лицо этой женщины. Её глубокий, сильный голос проникал в самое сердце, затрагивая невидимые струны и Востур затрепетал. Мурашки пошли по всему телу, сильное волнение охватило его, голос проникал в самые закоулки большого зала и не мог никого оставить равнодушным. Когда ария закончилась, люди вскочили со своих мест и стали рукоплескать: «Браво! Браво!» Кто-то кричал «Каоси, Каоси!», - голоса потонули во всеобщем ликовании и Востур, ошеломлённый рукоплесканием вместе со всеми кричал «Браво!». Затем внезапно рукоплескания прекратились, словно по мановению волшебной палочки и действие продолжилось. Востур впервые был в опере. Раньше его интересовало совсем другое, но чтобы так откликнуться на исполнение – никогда! Он сидел словно наэлектризованный до конца первого акта, а когда начался антракт, вышел в вестибюль с профессором, чтобы найти Кулу. Они договорились разойтись, чтобы было больше шансов встретить её в толпе людей. Люди выходили парами, в нарядных одеждах, модных в ту пору. Среди них попадались одиночки – девушка или парень, которые без стеснения рассматривали друг друга. «Столичные жители одеваются с шиком», - отметил про себя Востур, - их наряды тянут на тысячи люнов каждый. Девушки и женщины были облачены в платья самой экстравагантной формы и покроя. У Востура разбегались глаза, ничего подобного он раньше не видел! Складывалось впечатление, что здесь устроен показ модной одежды. Прибавьте сюда умопомрачительные причёски и сногшибательные туфли самого разнообразного фасона, и вы сделаете вывод, что поход в оперу Сесемона означает престиж, утончённость вкуса и признание себя избранником этого общества! Востур был настолько ошеломлён красивыми женщинами, прогуливающимися в просторном холле, что совершенно забыл, зачем сюда пришёл. Он видел взгляды этих столичных львиц, чьи мужья вероятно служили в аппарате правительства ( ну не может же быть особый оперный театр для членов правительства!), их шеи искрились отражённым светом драгоценных камней, их тела источали тонкий аромат дорогих духов, их платья призывно шуршали, а глаза блестели. Востур стоял, а вокруг него шёл хоровод фантастических персонажей, и он впал в какой-то приятный транс, из которого его вывел оклик профессора: «Востур» Эй, Востур!» Он обернулся и увидел профессора Воная, машущего ему рукой. Рядом с ним стояла Кула в синем элегантном платье и маленькой театральной сумочкой шитой золотыми нитями.
- Здравствуй, Кула! – Востур почему-то виновато улыбался, словно извиняясь, что позволил себе отвлечься от главной цели.
- Здравствуй, Востур! Профессор рассказал, зачем вы здесь. Что ж, я не собиралась никуда сбегать. Просто мне захотелось провести вечер здесь. Как тебе постановка?
- О, великолепно! Я впервые в опере и не предполагал, что это так волшебно! Если бы не ты, я бы никогда сюда не попал.
Кула рассмеялась.
- Ну, значит теперь ты мой должник! Многое мог упустить! Кстати здесь есть шанс познакомиться, - она подмигнула.
Прозвенел колокольчик, возвещая об окончании антракта.
- Пойдём, дослушаем представление и поедем в одно место, - сказал профессор, заговорщицки понизив голос.
- Это куда же? – кокетливо спросила Кула.
- Пусть это будет сюрпризом, потом узнаете.
Девушка рассмеялась и Востур подумал, что, пожалуй, они сами помирятся. «Она любит его, он попросит прощения и всё забудется», - решил он, заходя в ложу.