– Тянем, – он начал переходить от игрока к игроку, пока я ждала свою последнюю фишку, сидя на краю дивана.
«Лох» достался Матвею. Белым запретили называть номера, чтобы создать еще большую интригу. Нас осталось не так много, все уже вытащили свои фишки. Когда до меня дошла очередь, уже было понятно, что мне досталась черная десятка. Я давно отбросила стеснения, уповая в пьяной эйфории. Девочки, точно помню, Эля и Правая, стянули с себя кофты, оставшись в одних бюстгальтерах. У обеих шикарная грудь и не менее привлекательное белье. Ярик же, схватив футболку правой рукой за противоположный край, технично стянул ее одним движением.
Его сексуальное подтянутое тело теперь было достоянием коллектива. Особенно женской его половины. Когда он смеялся, то ненароком играл мышцами груди, на которой прямо по центру красовалась тату в виде двух перпендикулярных линий. Конструкция, похожая на крест, в непривычном исполнении. Поперечная часть была сильно смещена вниз, подчеркивая линии его тела. От увиденного мое настроение резко повысилось. Только сняв верхнюю кофту и начав расстегивать рубашку, вдруг сообразила, что вместо бюстгальтера, как у остальных, на мне сетчатый лиф. Он был почти прозрачный, с легкими кружевами. Я подумала, что таким образом могу оголиться чуть больше дозволенного по моим, еще трезвым представлениям о приличиях, и решила не снимать полностью рубашку, а оставить ее расстегнутой, освободив место для соленой дорожки. Черные, включая меня, легли на пол.
Я прижала локти к груди, фиксируя положение рубашки. Все это сопровождалось суматошным весельем. Белые хитро перешептывались в предвкушении, стоя у окна. Пока Матвей в роли «лоха» расставлял вокруг нас стопки, белые ребята разбирали дольки лимона и отсыпали себе соли. Один из них выключил светильники. Остался лишь свет от камина. Идея Ярика, чтобы еще больше накалить и так непристойную, но до дрожи приятную обстановку. Я краем глаза увидела, как Дарина немного расстроилась, поняв, что они с Адамом в одной команде. Мне стало радостно на душе. Меня посетила мысль, что эта мина у нее еще и от осознания того, что Шурик мог в очередной раз оказаться ее парой… Матвей заводил толпу. Он сделал музыку еще громче. Мы лежали в полумраке, все смеялись, а Матвей все не давал команду, подбирая самый развязный трек.
В это время я заинтересованно рассматривала «белых», пытаясь по взглядам догадаться, кто кому достанется. Увидела, как Полина шепнула что-то Матвею, и тот активно закивал. После чего она поменялась фишками с Адамом, которому по тому, с какой легкостью он отдал ей свою карточку, было не особо то и важно, кем станет его партнер. Тут песня сменила настроение, поймав дико «грязный» мотив.
– Ну что, обрадуйте своего партнера, – сказал в зюзю пьяный Матвей.
Медленный, при этом пронзительный голос перепевал знаменитый трек Нирваны. Я подняла глаза в потолок, наслаждаясь приятными музыкальными волнами, и с трепетом ожидала своего «партнера». Когда ко мне подошел Адам, волнению не было предела. Сердце забилось в бешеном ритме. Мне казалось, оно сейчас выпрыгнет от возбуждения. Но лицо его было безразличным, холодным до чертиков.
Он положил мне дольку лимона в рот, действуя по командам Матвея, который до сих пор тянул время. Я почувствовала легкую кислинку, отчего немного прищурила глаза. Буквально через секунду Адам крепко взял меня за запястья и развел руки в стороны, прибив их к полу. Часть рубашки, что справа, съехала на пол. Он не был слишком близко, но все же волна ощущений рванула прямо вниз живота, а соски выдавали меня с потрохами. Старалась дышать как можно медленнее, чтобы не показывать волнения. Я пристально наблюдала за каждым его движением. Он спокойно перевел взгляд на мою грудь, рассматривая сверкающий пирсинг, и буквально сразу же пальцем смахнул и другую часть рубашки с моей груди. Теперь я лежала перед ним полностью открытая.
– Ну что, готовы? – обратился Мэт к жаждущей публике, нелепо пританцовывая. – Три, два, один. Слежу за вами!
В этот момент поднялся дикий гул.
– Горячо! – прошипел Ден сбоку.