– Что, поцеловали? – ахнула эпатажная Повелительница Морей.
Мелькор только махнул рукой и переместился ближе ко мне:
– Мы пойдём со Смельчаком до конца. А ты можешь нас тут подождать, поиграть на пианино.
– Ну, знаешь! Я тебя за такие слова вздёрну на рее!
– Молчать! Мы договорились оставить все распри! – рявкнул Шакс.
– До того момента, пока кто-то из нас не погибнет или наоборот не выживет, – тихо вздохнул погрустневший Астр. – Мне хотелось бы, чтобы это были рабы Дагона.
– Пока вы тут болтаете как базарные бабы, время идёт! – призвал к дисциплине Брабатус. – Вход в подземелья – под этим столом. Отодвиньте его.
– Под столом? – удивилась я, глядя на ничем не примечательный письменный стол.
Он плотно прилегал к полу, состоял из различных ящичков, в которых хранились рисовальные принадлежности, краски, эскизники. Мелькор и Астр с готовностью налегли на стол и отодвинули его. Под ним обнаружился люк средних размеров, с зияющей замочной скважиной.
– Это спуск в ад, – объявила Анна так торжественно, будто гид на экскурсии показывал главную достопримечательность местности.
– Тот ключ, который мы отвоевали у манекенов, должен подойти, – пояснил Мелькор.
Я приложила ключ к замочной скважине, и он подошёл. Повернула несколько раз – он поворачивался легко, будто этим люком часто пользовались. Потом я подняла люк. Передо мной зазияла квадратная дыра, виднелись ступеньки.
– Что ж, детишки, кому-то пора спать, – Анна Бони взяла у меня саблю и пошла туда первой.
– Она хочет уложить спать рабов Дагона, вечным сном, – прошептал Астр.
– И у неё получится, с нашей помощью, – проговорила я.
Внутренне пожелав нам всем удачи в этом рискованном предприятии, я ступила следом во тьму подземелья, на крутые, резко уводящие вниз ступеньки лестницы.
Анна снова напевала песню про тонкую ниточку.
– Что это ты поёшь? – спросила я.
– Да так, свою жизнь, – ответила Анна. – Я ненавидела свой дом. Я думала, что плыву в лучший мир. Сражалась с врагами. Брала города. Сжигала корабли, сжигала порты. Я даже победила и обманула саму смерть, хотя Смерть не была мне врагом, наоборот мы ходили с ней рука об руку. И что же, будучи мёртвой, я понимаю – моя песенка спета. Всё возвращается на круги своя. Я бы хотела вернуться в мой город. Где я родилась, который я оставила.
Она произнесла это очень грустно. Ни разу не оглянувшись, не взглянув на меня или товарищей, которые шли за мной.
– Череда побед и разочарований – это жизнь. Это тонкая ниточка. Каждый из нас ходит по хрупкой лесенке. Проскакивает сквозь ситечко. Я хотела признания, славы – я получила. Обо мне пишут книги, слагают легенды. Но всё не то. Теперь я хочу вернуться домой. Я помогаю тебе, потому что ты хочешь вернуться домой, Смельчак. Сделаем это вместе.
Анна развернулась и посмотрела на меня в упор.
– Если одна из нас умрёт сегодня – пусть это буду я. Повторно умирать не так страшно.
– Я не хочу, чтобы ты умерла, Анна. Я хочу, чтобы ты вернулась домой, – проговорила я.
– Я тоже хочу, чтобы ты вернулась домой, – ответила Анна. – Мы пришли. Подождём остальных. Эй, почём притихли и притухли? Гляди-ка, притух даже Брабби! От него-то я никак не ожидала! – она прокричала эти фразы и заливисто рассмеялась. Будто грустного душевного разговора вовсе не было.
– Довожу до твоего сведения, висельница, что протухла давно ты от своей чумы, в отличие от меня! – напыщенный голос раздался совсем близко.
Брабби, точнее, сэр Брабатус вышел из проёма, за которым была лестница. Следом плавно выступил Шакс. Затем показались морды, крылья и хвосты Мелькора и Астра.
– Чем я тухлее, тем я лучше промариновалась! В отличие от тебя, пустая консервная банка, я – рыбка вкусненькая! – Анна принялась кривляться и провоцировать Брабатуса на выход из себя.
Но меня поразило другое:
– Брабатус, как ты ходишь? – осенило меня, и я во все глаза посмотрела на рыцаря.
– И ты туда же? О вы, сброд нечестивых монстров, духов и демонов, я единственный, кого вы невзлюбили! – Брабатус вскинул руки в отчаянии.
– Я и не думаю издеваться над тобой, – произнесла я убедительно и построже. – Я не слышала, как ты ходишь. А ты в доспехах. По законам физики ты должен издавать шум. И ты издавал шум, вернее твои доспехи издавали лязг. А сейчас не издают! Как это?
– Ты руководствуешься законами физики, а я – метафизики, – гордо объявил Брабатус. – Я умею перемещаться тихо, я умею перемещаться громко. Когда мне нужно. Да, запомни. Когда мне нужно, я умею многое, о моих тайнах не знают даже ближайшие соратники. Ибо это кредо Ордена Чёрной Розы – всегда иметь свою тёмную сторону луны.