– Жуках? Этого ещё не хватало… – проворчал Мелькор.
– Мы ведь тоже как жуки, если считать крылья, у нас шесть конечностей, – к чему-то обозначил Астр. – Шесть лап у них, шесть конечностей у нас – значит, справимся.
Меня порадовал оптимизм этого красного горгула.
– Мы бросили вызов Дагону. Катакомба приведёт нас к нему. Но Дагон будет проверять наши силы. Дагон ленив. Ему проще уничтожить нас до того, как мы придём и уничтожим его, – чётко и логично ответил палач.
– Пусть проверяет. Чем больше у него проверок – тем меньше охранников остаётся! – заявила я и отправилась вперёд.
– Смельчак! – Анна догнала меня и зашипела тоном провокатора: – На твоём месте я бы присмотрела за Брабатусом повнимательнее. Он тебя только что предал.
– Анна, каждый из нас прикрывает друг друга по мере сил и возможностей. В этот раз Брабатусу не удалось внести лепту в бой с Червем, но наверняка удасться в следующий раз.
– Наивное дитя… – вздохнула Анна, снисходительно улыбаясь, и снова вошла в стену.
Следующим меня нагнал Брабатус. Меня снова поразила его способность перемещаться в доспехах быстро и практически бесшумно. Этакий рыцарь теней, сам себе на уме.
– На твоём месте, юная леди, я бы присмотрел за висельницей повнимательнее. Она только и делает, что сотрясает воздух, а ещё коварны её речи и помыслы. Да и ящерицы пошли с тобой только из-за сокровищ – помни об этом. Они тебя спасают, пока ты им нужна. Но взять с собой Шакса – это было самой большой твоей ошибкой. Я рыцарь Ордена Чёрной Розы, я вижу его сущность насквозь. Бывших духов зла не бывает. Он выжидает момент, пока горгульи, алчущие сокровищ, убьют тебя. А потом он убьёт горгулий. Я – вот кто единственный твой защитник. Если ты, конечно, не настолько глупа, чтобы сейчас начать говорить про книжное чудовище.
Тон его был высокомерным и поучающим. Мне стало неприятно слушать такой выговор. Однако я сдержала свою гордыню и желание наподдать Брабатусу словесно или даже с помощью сабли. Я понимала, что им движет. Он искренне старается мне помочь, по-своему, как умеет, исходя из своих представлений, а коллектив его не принимает. Естестенно, из-за пониженного настроения он ворчит.
Я оглянулась назад. Отметила, что иду долго по длинному коридору одна, если не считать Брабатуса, который сейчас чеканя шаг идёт рядом со мной. Он издаёт звук не громче, чем человек в тапочках, вставший ночью в туалет.
– Убедилась? Они все бросили тебя. Пропустили тебя вперёд, потому что здесь поджидает ловушка. Они ждут, пока ты запросишь их о пощаде. Видимо, их планы изменились; они решили искать мои сокровища без тебя, ты перестала им быть интересной. Потому что показалась слишком умной. Того и гляди просечёшь их намерения.
Тут я уже не выдержала и хотела едко ответить Брабатусу, что не ему меня учить выбирать себе команду и тем более додумывать за меня, но не смогла этого сделать. Впереди послышалось характерное рычание, и в следующий миг мне навстречу выскочили четыре Летучих Гончии.
Я вздрогнула, не ожидав увидеть этих адских собак здесь. Они были значительно крупнее, чем та, которую я забила кочергой в комнате Шакса – каждая размером с небольшой автомобиль. Их головы алчно клацали челюстями, капала слюна, разъедая камень, а глаза горели ненавистью, жаждой разорвать мою плоть. Я вцепилась рукой в саблю, медленно отошла спиной к стене, чтобы не подставляться задом к этим инфернальным хищникам. В тот момент я думала только о себе – о том, как я сама буду сейчас защищаться от них и убивать их.
Но Брабатус внезапно проявил истинную рыцарскую галантность. Ловко и лихо выпрыгнув вперёд как бравый гвардейский офицер из исторических новелл, он принялся поводить мечом перед мордами тварей. Твари мало обращали на него внимание, медленно подбирались ко мне. Тогда Брабатус, идеально просчитав стратегию и тактику, набросился на ближайшую собаку, одним ударом меча срубив ей голову. Вторая собака почти добралась до меня, остальные две признали в Брабатусе помеху. Они взяли рыцаря в окружение, он направил на них удары. За его поединком я не смотрела: мне пришлось пустить саблю в дело, а ещё нужно было не выпускать из левой руки фонарь. Поэтому мои удары мало достигали цели, мне пришлось отбегать от подступающей Гончей, пока я снова не упёрлась спиной в противоположную стену.
Я только ранила и разозлила эту собаку-пересобаку, и она собралась на меня прыгнуть. Я выставила саблю вперёд, надеясь, что она напорется брюхом на клинок, а её клыки не достанут моей шеи. Однако, голова её была размером примерно в половину моего роста. Я засомневалась, пробьёт ли вообще сабля её шкуру. Момент был упущен, и Гончая уже прыгала на меня. Я использовала единственно верный приём в таких случаях: ушла в сторону в кувырке, стараясь оказаться как можно дальше от клацающих челюстей.