– Бать, да остынь ты. Я совсем по другому вопросу пришёл, – спокойно произнёс молодой человек.
– Какому «другому»?
– Насчёт Липы хотел спросить.
– Насчёт Липы?
Гнев на лице мужчины сменился недоумением.
– Да, насчёт Липы. Сестры.
– А что с Липой? С ней всё в порядке вроде бы.
– Нифига не в порядке… – вновь опустив взгляд, возразил Сократ. – Проблема у неё. Зак совсем запил.
– Ну, это… дела семейные… – Валентин развёл руками. – Мало ли, что у кого. У нас с твоей матерью тоже… чего только не было по молодости.
– Он бьёт её.
– С чего ты взял? Аврора, что ли, говорит? Так она любую хрень тебе наплетёт. Это же баба! К тому же мать…
– Сам синяки видел.
Мужчина снова сердито нахмурился.
– Чёртов колобок!.. А может, ударилась она?
– Сомневаюсь… – покачал головой молодой человек.
Валентин подошёл к верстаку и застыл перед ним с задумчивым взглядом. Затем достал из кармана халата кусок белой ткани и принялся протирать ею руки.
– Значит, надо кому-то серьёзно поговорить с этим оболтусом, – заключил мужчина спустя почти минуту.
– Уже поговорил.
– И что?
Валентин с любопытством посмотрел на сына.
– Обещает: больше не будет. Но как-то не верится… Знаешь, что, Бать?
– Чего?
– Жильё ей какое-то надо…
– Жильё?
– Да. Я предлагал ко мне на крайняк. Но там правда мало места. Может…
Отец опять скорчил недовольную гримасу.
– Что «может», Сократ? Чего ты хочешь услышать от меня? Я тоже ей сказал, что если хочет, всегда может переезжать к нам с матерью…
– Ты же знаешь, её это не устроит. Как насчёт других квартир?
– Нет никаких других квартир! Как вы не поймёте этого, дармоеды! – сердито воскликнул мужчина и пристукнул кулаком по верстаку. – Квартиры не даются просто так. Их надо заработать! Заслужить! Не устроит её, видите ли… Ну, не устроит – пусть живёт, как жила! И не морочит никому голову…
– Ладно, ладно, бать. Всё, проехали. Просто спросить тебя хотел… – подняв перед собой руки, словно признавая поражение, попытался успокоить осерчавшего родителя Сократ. – Думал, что…
– «Просто спросить»… Время только моё зря отнимаешь всякой дребеденью… Иди лучше займись чем-нибудь полезным…
Потеряв интерес к разговору, мужчина сразу позабыл об отпрыске. Он вернул тряпку в карман, надел сварочную маску, взял сварочный аппарат и продолжил колдовать над каркасом.
Радик сообразил, что пауза закончена, и тоже заработал своим шумным инструментом.
Гость опять остался предоставлен самому себе. Так же как и в начале визита к отцу, он просто стоял на месте и изучал глазами обстановку.
Потом вдруг вспомнились слова матери о том, что Радик якобы похож на бандита и наркомана. Сократ внимательно присмотрелся к новому работнику. На бандита тот вроде не походил. Опытные воры Сибирь-центра, как правило, были все изрисованы синими татуировками. А главное – они никогда не работали. Любая «фраерская» профессия считалась среди представителей местного криминального мира чем-то позорным.
Признаков наркомании тоже не наблюдалось. Движения были уверенные. Взгляд – чистый, без намёка на мутную пелену.
Одним словом, загадочный новый помощник отца смахивал на вполне нормального человека.
Лишь одна мелочь бросилась в глаза в тот самый момент, когда Сократ уже собирался покинуть квартиру. На запястье у Радислава всё-таки имелась небольшая татуировка. Она показалась краешком, когда черноволосый приноравливал перфоратор к стене на уровне собственной головы, собираясь начать долбить новое отверстие. Татуировка была красного цвета.
Сократ подошёл к работнику ближе и прищурился, желая получше разглядеть картинку.
Радик тем временем всё не мог определиться с точным положением отверстия. Он переставил перфоратор, подняв его на пару сантиметров вверх. Рукав рабочего костюма ещё немного сполз с руки, оголив уже половину татуировки.