Валентин так громко и сердито кричал и так яростно жестикулировал, что Сократу даже стало немного страшно. И хотя наш герой не был согласен со всем тем, что говорит отец, он предпочёл больше не спорить. Просто уткнул взгляд в пол и на всякий случай отступил на полшага к двери.
– А ты не радуйся, не радуйся… – продолжал меж тем мужчина. – Ничего… Я всё равно построю это винодельню, чёртовы колобки вас всех раздери!.. Продам квартиру дедов, если понадобится. Вы её всё равно не заслужили… На коленях приползёте, уговаривать будете, чтобы на вас завещал. А вот, хрен! Не дождётесь! – Он показал сыну фигу и злорадно захохотал.
Потом внезапно затих, вновь схватился за сердце. Лицо Валентина исказилось в болезненной гримасе.
– Слушай, бать, ты зря так нервничаешь. Тебе не на пользу. Подумай о своём здоровье… – всё-таки попытался успокоить разгорячившегося родителя молодой человек.
Он приблизился было к упавшей скамейке. Однако мужчина не подпустил: злобно зашипел на сына и замахал на него рукой.
– Уйди! Уйди отсюда, чтоб глаза мои тебя не видели… О здоровье они моём задумались… Только и ждут, когда ласты склею!..
Сократ опять попятился к выходу.
– Вот и правильно! Иди, и больше не возвращайся сюда… Я ещё по суду заставлю вас всё это мне компенсировать… И за Радислава ответите. Ничего с рук не сойдёт!.. Дебилы…
…
На улице наткнулся на Платона. Брат стоял неподалёку от входа в цех отца, будто бы дожидаясь своей очереди. Он был в деловом костюме. Очевидно, тоже явился сюда прямо с работы.
– Брательник!.. Так и знал, что ты там… Ну что, как он?
– Ну как… Психует… – растерянно пробормотал Сократ. – Говорит, типа это мы… специально подстроили…
– Мы подстроили? – с улыбкой переспросил брат.
– Ага… И типа Радика тоже мы подставили.
– Дааа!.. По ходу, совсем крышак поехал у старика… Значит, я правильно сделал, что здесь остался… Ладно, в другой раз, может, как-нить зайду, когда мозги остудит… – Платон махнул рукой в сторону «винодельни» и посмотрел на интерфон. – Сёдня и без того дел доталова. Хрен знает, когда всё успевать… Слушай, Сок. Тебя, часом, скапы не вызывали?
Немного поразмыслив, Сократ кивнул. Каких-то пять минут в цеху Валентина заставили его позабыть о звонке Бора.
– Северное отделение.
– Северное? Ништяк, и мне туда же! Что, пойдём вместе тогда? Заодно и поболтаем за жизнь… А то мамка всё убивается, мол, мы совсем не общаемся друг с другом…
…
От цеха Валентина до северного отделения СКП было примерно двадцать минут ходьбы. За это время братья успели многое обсудить.
Выразив уверенность в том, что «батёк не будет долго париться и по-любому уже через неделю придумает себе какую-нибудь развлекуху», Платон принялся жаловаться на своих. Поругал сначала сына, засевшего за новую виртуальную игру:
– Круглые сутки как зомбарь в неё втыкает. Прокачивает какую-то фигню… Совсем чёта опухла мозгом молодёжь… Мы вроде с тобой не такие были, согласись?..
Потом досталось Розе. Брат посетовал, что супруга совсем не считает деньги. Потратила весь семейный бюджет на какую-то ненужную ерунду. Правда, он тут же оговорился:
– Но, с другой стороны, хорошо, что она носится по этим ночным распродажам. Прихожу домой – и расслабос. Никто не капает на мозги. Можно спокойно перед телеком поваляться… Насчёт жратвы только самому заморачиваться. Но, один фиг, Роза всё равно в готовке не спец…
Рассказав всё о себе, Платон взялся расспрашивать родственника: как у того дела, решена ли проблема с телекомптером. Тут Сократ плавно переключился на свою тему. Пошли в ход всё те же вопросы: о жизни на поверхности, о Катакомбах…
Платон быстро сообразил, к чему клонит спутник:
– А ты, брательник, никак в червяки подался?
– Не то, чтобы подался… Пока рано говорить. Но мысль такая есть… – смущённо признался Сократ.
– А оно тебе надо? Такой фигнёй страдать… Нет, я понимаю, на раритетах можно реальные бабки срубить… Но, ё-маё! Это ж риск дикий. Слышал, люди там дохнут как кошки. Или возвращаются – на голову убитые… Потом ещё со скапами проблемы. Не тупи, брат, не связывайся с этой дурью!
– Считаешь, не стоит?