Парень с облегчением выдохнул и принялся разминать затёкшие конечности.
Рэд между тем опять начал прохаживаться из стороны в сторону. А заодно возобновил разговор:
– Разумеется, ты полностью оправдан. Однако… прежде чем тебя отпустить, я хотел бы поговорить о важном… Во-первых, не рассказывай никому о нашей встрече. Особенно скапам и спецам. Если сделаешь это – жестоко поплатишься. Без выяснения обстоятельств. Уяснил?
Он ещё раз ненадолго застыл напротив посетителя и взглянул на него. Сократ закивал головой.
– Во-вторых, – продолжил одноглазый. – Скажи, зачем ты отправился в Катакомбы?
– Ну… Просто… – сбивчиво начал молодой человек. – Стало интересно, как тут всё устроено… На древние города посмотреть… Раритеты…
– То есть – чтобы развлечься? Ради личного удовольствия?
– Ну да… типа того…
– Личное! – недовольно буркнул Рэд, при этом нервно одёрнув руку, будто сбрасывая прилипший мусор. – Личное, конечно, тоже нужно… Но как можно думать о личном сейчас, когда над всем человечеством нависла такая угроза?!
– В смысле… Какая угроза? – робко поинтересовался Сократ.
Лидер борцов остановился и стремительным движением указал на портрет директора Корпорации.
– Имя этой угрозы – Ульрих Шницельбах! Так называемый король мира… Он и кучка его верных прихвостней – зажравшихся жиртресов-эксплуататоров – подвели нас к самому краю гибели!
Лицо Рэда преисполнилось суровой серьёзности. Он говорил с каждой секундой всё эмоциональнее, при этом яростно размахивая руками:
– Город утопает в мусоре! Коммуникации приходят в упадок! Народ погряз в долгах и неподъёмных кредитах! Образование превратилось в конвейер по производству дебилов! А ЕДК и вездесущая реклама навязывают нам потребительскую модель жизни… Покупай – и выбрасывай! Покупай – и выбрасывай! Притом, что все эти вещи, телекомптеры, квартиры… стоят в десятки раз больше своей реальной цены. Буржуи загнали людей в рабство, подчинив всё общество своим личным корыстным интересам. Однако построенная ими машина медленно, но верно катится в пропасть. Потому что даже сама олигархия не способна решить проблему всеобщей деградации, к которой привела вся эта система!
Оратор прошёлся несколько раз от стены до стены в молчании. Сократ тоже ничего не говорил, ждал продолжения, которое неминуемо должно было последовать. Ждать на сей раз пришлось не долго.
– Единственный способ всё изменить – устранить эту угрозу. – Рэд ещё раз, не останавливаясь, ткнул пальцем в Шницельбаха. – Наша партия стремительно набирает силы для решающего удара. Мы не торопимся. Действуем обдуманно. Осознанно. Со стороны может показаться, что борцы совершенно беспомощны перед Корпорацией. Но это лишь видимость. В одном только Сибирь-центре есть тысячи наших сторонников, готовых хоть сейчас выйти на улицы с оружием. И уже очень скоро это случится. Мы… свергнем толстосумов и установим новый мировой порядок. Порядок, в котором на первом месте будут интересы общества, а не интересы отдельной кучки жирных уродцев!.. А теперь скажи. Не хочешь ли ты присоединиться к нам и поучаствовать в этом великом деле?
И снова вождь остановился напротив молодого человека.
Сократ опустил взгляд. Немного погодя поднял глаза и отрицательно покачал головой. На лице вождя отобразилось крайнее недоумение.
– Не хочешь?!.. Трусишь? Боишься пасть жертвой революции?..
– Нет, – твёрдо ответил парень.
– То есть ты доволен сложившейся ситуацией?..
Наш герой ещё раз покачал головой.
– Вообще, нет… Я… во многом согласен с тем… что вы говорили. Просто…
– Понимаю. Тебя пугает авторитаризм, который якобы процветает в товариществе, – не дал договорить Рэд. – Не слушай ту ерунду, которую несут по телеку и единому каналу прикормленные журналюги. В товариществе царит равноправие. Скорее всего, ты даже не знаешь, что оно является объединением из нескольких разных партий. Люди с совершенно разными мировоззрениями собрались…
– И не в этом дело.
– Тогда в чём?!.. Ответь!
Вождь борцов сверлил Сократа красным глазом в ожидании ответа. А тот всё не мог решиться. Опасался, что наговорит лишнего – и в итоге его не отпустят. Однако молчать теперь тоже было нельзя.