А ещё Фил был девственником. Во всяком случае, ни один из собравшихся на вечеринке, ни разу не видел его в компании с женщиной.
Прямо противоположной репутацией обладал последний участник пати – тридцатилетний красавец Крис. Голубоглазый блондин с утончёнными чертами лица и печальным взглядом слыл неисправимым ловеласом, покорившим сердца многих красавиц. Так же как Дмитрий, Крис всегда одевался с иголочки, носил только стильную одежду от самых дорогих брендов, всегда был опрятный, ухоженный, едва ли не каждую неделю заглядывал в парикмахерскую, чтобы поддерживать в идеальном состоянии свою «фирменную» причёску: прямые волосы до плеч и зачёсанная в сторону чёлка.
Правда, сегодня красавчик выглядел каким-то потрёпанным, словно не привёл себя в порядок после нескольких дней загула. Лицо обросло щетиной, причёска сделалась неряшливой, модный бежевый костюм казался слегка помятым. С Крисом иногда случалось такое. Примерно раз в два месяца, устав от несвободы, он расставался с очередной своей пассией и непременно пускался во все тяжкие. Приятели знали об этом и не сильно удивились, когда блондин явился в таком виде, позже всех, опоздав минут на двадцать, и, не говоря не слова, плюхнулся на свободное место.
…
– Да выкинь ты это хламьё, Диз! Это же шляпа полная! Такую фигню уже триста лет никто не юзает! – в своей обычной манере закоренелого скептика, немного гнусавым голосом убеждал собеседника Дмитрий. – Тысячу двадцать точек на квадрат! – Он поднял перед собой руку с оттопыренным кверху указательным пальцем. – Вы это слышите, парни? Всего тысячу двадцать точек! Диз, так нельзя!
– А, по мне, ещё потянет. Вполне себе… – пожимая плечами, отвечал Дизель.
– «Вполне себе» было много лет назад, когда люди жили на поверхности и гонялись за мамонтами. А сейчас уже третий век после Великого Переселения к концу подходит! Пора осваивать новые технологии!
Дизель отчего-то вдруг рассмеялся.
– Димас! Сейчас ты мне напомнил мою жену!
Молодой человек в малиновой рубашке чуть нахмурился, на секунду склонил вперёд голову и посмотрел вниз, словно проверяя, не выросла ли у него женская грудь.
– Вот точно такими же словами вчера меня новый холодос убалтывала купить! – разъяснил обладатель аккуратной чёрной бородки.
– Ааа… – Дмитрий перестал хмуриться и одобрительно кивнул. – Ну, тогда это тот редкий случай, когда женщина по делу бормочет. Твой холодос тоже давно пора в Катакомбы.
Собравшиеся заулыбались. В общении наступила небольшая пауза.
– А я вот мечтаю о новом телеке тридцать седьмой модели, – грубоватым голосом поделился своими мыслями Николай. – Только стоит он пока… хренову кучу бабла…
Толстяк печально вздохнул.
– Брось, Пухлый, – лениво отмахнулся Дмитрий. – Тридцать седьмая – так себе моделька. Ни о чём.
– Да ладно! – Коля с недоверием уставился на приятеля.
– Я тебе говорю! Сейчас уже не резон на неё бабки тратить. Буквально на следующей неделе появится новая, тридцать восьмая. Вот это – по-настоящему серьёзная вещичка будет. Я уже на неё нацеливаюсь.
– Блин-клин!.. А я и не в теме!.. Как так? – Толстяк с досады стукнул себя ладонью по лбу.
– Чё, серьёзно, новая модель?! Ничё они их штампают! – в свою очередь удивился Дизель. – Вроде её ещё не рекламировали…
– Это у них специальная фишка. Типа сюрприз для покупателей, – со знающим видом уточнил «эксперт».
– Да, кстати. Сок же тридцать седьмую собирался брать! – вдруг вспомнил Николай.
Все приятели дружно повернулись к Сократу. Тот сидел тихо, незаметно. Несмотря на выпитую уже почти до дна кружку пива, за полчаса посиделки не проронил ни слова, за исключением разве что приветствия. И это было совершенно на него не похоже.
Молодой человек продолжал то и дело мысленно возвращаться к событиям последних дней. Он порой даже не слышал, о чём говорят друзья. Только сейчас, когда речь зашла о телекомптерах, внимательно посмотрел на разглагольствующего Дмитрия.