Сократ не узнал молодого человека, но почти сразу догадался, что это, скорее всего, помощник его отца, Валентина. Валентин частенько нанимал разнорабочих, для реализации своих амбициозных проектов.
Поравнявшись с незнакомцем, Сократ остановился напротив, приветственно вскинул руку. Только тогда черноволосый сфокусировал на нём свой блуждающий взгляд. Взгляд был какой-то странный и тяжёлый. Сократ сразу захотел отвернуться. К тому же ему на секунду показалось, что где-то он уже видел этот взгляд.
Выдержав довольно большую паузу, ожидающий всё-таки отреагировал. Тоже слегка приподнял в ответ руку и кивнул. В его жестах было что-то снисходительное, но Сократ не стал придавать этому значения.
…
В родительской квартире, как всегда, царили идеальный порядок и чистота. Не было ни одной паутинки, ни единого пятнышка на стенах. Все предметы лежали строго на своих местах. Такое положение дел сложилось во многом благодаря матери Сократа, регулярно проводившей генеральные уборки. И отчасти благодаря отцу – тоже яростному ненавистнику бардака.
Аврора обожала цветы. В каждой комнате, а всего их было три, и в прихожей практически у каждой стены стояли узкие, высокие стеллажи, заставленные сверху донизу разнообразными фикусами, геранями, папоротниками, кактусами… Причем каждое растение имело специальную подсветку, имитирующую солнечный свет. Оттого в доме было светло, как в операционной палате.
Как только Сократ вошёл в прихожую, из глубины квартиры показался внешне похожий на него мужчина в чёрном халате. Главное отличие заключалось в том, что он был вдвое старше молодого человека. Об этом свидетельствовали морщины, частые седины в тёмно-русых волосах, намечающаяся лысина впереди. И лицо его было не просто серьёзным, оно было суровым и напряжённым. Сдвинутые к переносице брови образовывали вертикальные складки. Слева по лбу, извиваясь, проходила вздувшаяся синяя вена.
Сократ и сам немного напрягся, когда увидел Валентина, своего отца. Встречи с ним, как правило, не несли в себе ничего хорошего, кроме тяжёлых, не особо приятных разговоров. К примеру, последний такой разговор едва не закончился ссорой.
– Привет, отец, – сухо поздоровался парень.
– Ну, здравствуй, Сократ. Как поживаешь? С чем пожаловал? – Голос родителя был не менее суров, чем выражение его лица.
– Да вот… мать просила навестить…
– Значит, мать просила? – Валентин ухмыльнулся.
– Ну, да…
– А насчёт моего дела ты не забыл?
В ожидании ответа мужчина буквально сверлил сына глазами. Сократ, не выдержал и отвёл взгляд.
– Насчёт минизавода, что ли?
– Ну конечно! Сократ, скажи, сколько я ещё буду ждать? Когда ветер подует? Или солнце посветит?
– Да я… как бы… – замялся молодой человек.
– Ну, с Платоном, допустим, всё понятно. От него помощи не дождёшься. Он как был лоботрясом, так им всю жизнь и останется. Но ты-то, Сократ! – Отец выставил вперёд руки, чуть разведя их в стороны. – Ты-то, неужели не хочешь поучаствовать в этом важном деле? Ты ведь понимаешь, что я не для себя стараюсь? Что это вам всё достанется?
– Пап. Я уже говорил. Я не хочу в этом участвовать…
– Не хочешь? А что ты хочешь? Балду гонять всю жизнь?
– Ну, вообще-то, я тоже работаю… – возразил парень.
– Работаешь? – с сарказмом в голосе переспросил мужчина.
– Да. И как бы… Я живу так, как считаю нужным… Не хочу я строить этот твой винный завод. Ну, извини.
– Живёшь, как считаешь нужным?!
Валентин театрально засмеялся. Потом он с досадой махнул рукой. Лицо его стало суровее прежнего:
– Да ничего ты не считаешь! Живёшь сегодняшним днём… Так же как и твой брат. Всё по ночным клубам, да по тусовкам. Самостоятельные! Взрослые! Квартиры они купили… в кредит. Тьфу!.. Вот попрут с работы, и куда вы денетесь?.. Ко мне придёте. Конечно! Кому вы ещё нужны?..
– А может, не придём, – предположил, Сократ.
Мужчина побагровел. Вена на его лбу ещё больше вздулась и запульсировала.
– Ох, Сократ… – тихо и серьёзно произнёс Валентин, медленно покачивая из стороны в сторону головой. – Доиграетесь вы с братом. Оставлю без наследства – будете знать! – Он потряс пальцем перед носом отпрыска. Потом вдруг схватился за сердце. – Чёртовы колобки!.. Опять эта… хрень…