– Плоста я сапыл. Я польсе не путу.
– Ты мне это уже сколько раз обещал?
– Не снаю… – немного подумав, искренне признавался юнец, который действительно не знал правильного ответа, поскольку даже не владел элементарной математикой.
…
– Ну, что, как ты тут поживаешь? Рассказывай, – принялся расспрашивать сестру Сократ.
– Да как, как… Ничего особенного… – с невесёлой интонацией протянула в ответ та. – Всё как всегда…
– Зак не зверствует?
– Нет, – после довольно продолжительной паузы, сухо произнесла девушка. И тут же опять закричала на сына. – Патрик, а ну брысь! Да сколько можно тебе повторять?!
– А синяки откуда? – не отступался от своего гость.
– Синяки? – будто не поняв, о чём речь, переспросила хозяйка.
– Синяки.
Снова последовало долгое молчание.
– Не знаю… Кажется, ударилась где-то… Не помню.
Наигранное спокойствие в голосе сестры позволяло понять, что в словах её нету правды. Сократу не составило труда догадаться, что собеседница не настроена сейчас говорить о своих проблемах. Но позволить ей уклониться от щекотливого разговора парень тоже не мог.
– Лип, давай начистоту. Он ведь продолжает бухать? Мучает тебя?
Очередная пустая тарелка со стуками и бряками упала на пол и укатилась к самой кухонной двери. Липа отправилась её подбирать, но Сократ совершил ловкий рывок, благодаря которому сумел опередить сестру.
– Сократ, зачем ты об этом? – принимая тарелку из рук гостя, собеседница на секунду замерла и с мольбой заглянула в его глаза. – Ты же видишь, что я не хочу…
– Может, я могу чем-то помочь?
– Помочь?.. – Она тяжело вздохнула и, возвратившись к своему посту, опять начала греметь посудой. – Да чем ты можешь помочь?.. Мне уже ничем особо не поможешь…
– Да брось, сестра! Чё за фигню ты говоришь?!.. – Сократ вернулся на стул. – Твою проблему легко решить…
Липа как-то невесело засмеялась.
– Со стороны всегда всё кажется просто… Сократ! Но ведь ты не был в моей ситуации. У тебя не было детей…
– Просто уйди от него. Бери Патрика и переезжай ко мне.
Женщина снова оторвалась от работы и обратила к брату изумлённое лицо.
– Переезжать к тебе?!
– Ну да. Почему нет, – спокойно подтвердил свои слова гость.
– Господи, Сократ, но ты понимаешь, что ты говоришь? – От наплыва эмоций сестра энергично замахала половником, который держала в правой руке. – Ты же понимаешь, что это невозможно?
– Почему?
Липа перевела взгляд на сына. Парень под шумок опять занялся сосанием пальцев.
– Патрик! Да сколько тебе говорить?! Ну всё, сейчас точно по попе дам!
– Мама, я польсе не путу! – быстро прекратив постыдное занятие, с железной уверенностью пообещал юнец.
– Нет, из меня совершенно никакая мать… Он просто не слушается меня… – безвольно опустив руки, посетовала Липа. Затем она подошла к пацану, принялась поднимать его с пола. – Вставай. Вставай уже!
– Я польсе не путу, плавта! Не нато меня по попе! – испуганно заголосил мальчуган.
– Да никто тебя не трогает, Патрюша. Я только хочу, чтобы ты пошёл, поиграл в комнату. – Голос женщины сделался ласковым и спокойным.
– Сатем? Я не хосю в команату! Я хосю стесь! – с ходу воспротивился своему изгнанию малой.
– Ненадолго, всего на пару минут. – Липа склонилась над стоящим на ногах сыном и слегка обхватила его за плечи. – Поиграй пока там, пожалуйста! Я очень тебя прошу!
Патрик отвёл глаза в сторону, нахмурился и надул щёки.
– У вас путет сельёсный ласковол? – спросил он немного погодя.
– Да. Мне надо чуток поговорить с твоим дядей. А потом я позову тебя, и мы будем ужинать.
– Латно. Только не толко. Я усе сколо кусать сахотю… – сердито постановил паренёк, после чего похватал игрушки и быстро покинул кухню.
Проводив сына взглядом, Липа сложила руки на груди и какое-то время стояла так в раздумьях.
– Ну так что скажешь? – не дождавшись ответа, поинтересовался сидящий за её спиной Сократ.
Липа повернулась к брату лицом.