В голове музыка убивает.
В глаза лазерный прожектор бьет. — Красавица передохнула. — По-моему, достаточно.
Достаточно для тебя наказаний.
Наказания за то, что ты хотел меня споить.
Споил бы.
Затем намазал бальзамом.
Или — наоборот.
Сначала намазал голую меня бальзамом.
Потом споил бы.
С другой стороны.
Если девушка уже обнаженная, то зачем меня спаивать?»
ДЕВУШЕК СПАИВАЮТ, ЧТОБЫ ОНИ РАЗДЕЛИСЬ, А, ЕСЛИ ДЕВУШКА УЖЕ РАЗДЕТА, ТО ЕЕ НЕ СПАИВАЮТ.
«Ты мне голову вскружила, — космоадмирал Гайко вытер слюни. — Красавица!
Сначала я хотел тебе продать бальзам.
Пузырек продал бы.
Дорого продал бы».
«Что еще, космоадмирал?
Я теряю терпение».
«У тебя голосок, как у балерины, которая собирается на первое свидание, — космоадмирал поплыл. — Куколка!
У тебя кончились противозачаточные таблетки».
ЛЮБВИ ВСЕ ВОЗРАСТЫ ПОКОРНЫ.
«Дед! — Красавица вознегодовала.
Застонала от безысходности. — Я никогда не привыкну к шуточкам космоадмиралов.
И к шуточкам космогенералов не привыкну.
Вульгарные у вас шуточки.
Но я на тебя не сержусь.
Все в порядке.
Даже в жар бросило».
«В моем доме тоже жарко, — космоадмирал облизывался. — Я живу в блиндаже.
Раньше в нем прятались жухраи.
Жухрайские диверсанты.
После себя они оставили кровать.
Широчайшую кровать.
С золотым балдахином.
Летим ко мне.
Полюбуешься кроватью.
Вид сзади.
Вид спереди.
Ты не скроешь свое восторженное настроение».
«Дед.
Космоадмирал.
Гайко.
Не знаю, что у тебя в голове.
Но вижу, что происходит». — Красавица сдвинула брови.
Брови у нее шикарные.
Ножки тоже сдвинула.
Ножки у красавицы замечательные.
СКРЫВАТЬ КРАСИВОЕ ЭТО — ПРЕСТУПЛЕНИЕ.
«Так ты берешь пузырек?
Пузырек с бальзамом?»
«Я ищу подарок.
Подарок для жениха.
Нужен редкий подарок.
Редкий и дорогой».
«Мой бальзам редкий.
Редкий и дорогой. — Космоадмирал почувствовал.
Что-то в нем шевельнулось.
Наверно, надежда шевельнулась. — Этим бальзамом можно не только намазываться.
Но можно и намазывать.
Если сама намажешься, то все мужчины в радиусе ста тысяч световых лет в тебя влюбятся.
Если мужчину намажешь, то в него все в радиусе ста тысяч световых лет влюбятся».
«Космоадмирал?»
«Да, красавица».
«Объясни.
Поясни.
Кто в меня влюбится?
Мужчины?
Женщины?
Звери?»
«Все.
Все в тебя влюбятся.
И в жениха твоего влюбятся все.
Женщины.
Мужчины.
Звери».
«Хорошо ли это? — красавица задумалась. — Толпой будет за мной ходить влюбленные.
Влюбленные в меня.
Нигде от них не скроюсь.
В доме?
В окна будут подглядывать.
В лесу?
В лесу звери ко мне набегут.
Волки лапы на плечи будут ставить.
Лизать в лицо.
Медведи…
Медведи — еще хуже.
Нет такта в медведях.
Захочу скрыться.
Улечу в вечные снега.
А там — пингвины.
Королевские пингвины потребуют мою любовь.
Влюбятся в меня. — Красавица долго думала.
Затем схватила пузырек. — Все равно возьму бальзам.