«ХОРОШО ЛИ ЭТО?
Я оставил людей.
Люди в болоте.
Они паслись.
Жирок набирали.
Их съест комендант.
Комендант и его приближенные.
Я мог спасти.
Спас бы несчастных людей-скотов.
Они пойдут на убой.
Но я улетел.
Не подумал о них. — Я горевал.
Горевал целых семь минут.
Потом успокоил себя. — Те люди — не люди.
Они превратились в скотов.
Поэтому я их не спас».
Так я себя успокоил.
УСПОКОИТЬ СЕБЯ СЛОЖНО, НО МОЖНО.
Семь прыжков я совершил.
Мой космо бронетанк прыгнул.
Переходы короткие.
Я питался проклятиями.
Поглядывал на труп пастуха.
Но еще было рано
Рано его есть.
Приграничные Темные Материи запутанные.
За час милю летишь.
Или за секунду световые сто тысяч лет пролетаешь.
Наконец, бронетанк наткнулся.
Наткнулся на планету.
Планета пираток.
Я сразу понял.
Девушки одеты своеобразно.
Никак не одеты.
Голые встретили меня.
Встретили в штыки.
Штыки бластеров.
«Подлец! — Королева пиратов сразу меня обозвала. — Как ты посмел?
Ты нарушил нашу целостность…»
«Вашу целостность я не нарушал, — я смиренно ответил. — Посмотрите на мои чресла.
На мои члены взгляните.
Я — худой, как палка.
Нет у меня сил.
На себя силы не хватает.
Как же я могу нарушить вас?
Нарушить что-либо?
Я был в плену.
В плену людоедов.
Они — космопираты.
Предводителем у них – комендант.
Комендант не говорит.
Или не может говорить.
Или не хочет.
Они путников отлавливают.
Откармливают путников.
Затем их перерабатывают.
На биомассу.
Биомасса та коричневая.
Дурно пахнет.
Но питательная.
Еда из человечины.
Я же не ел. — Я не стал рассказывать, почему не ел.
Что горло мое распухло.
Разнесло горло от укуса пчелы.
Поэтому я не ел человечину. — В знак доброй воли я вам привез злодея.
Пастух.
Он людей пас.
Как свиней пас.
В болоте.
Люди потеряли разум.
Бурые водоросли болота сводят с ума.
Грибы галлюциногенные не сводят с ума.
А водоросли сводят.
Те люди жиром заросли.
Их переработают на биомассу.
Пастух их пас.
Вот вам мой подарок!» — Я пастуха вытащил.
Бросил к ногам атаманши космопираток.
«Так он же дохлый».
«Нуууу.
Не перенес путь».
«А шея у него, почему сломана?» — На меня с подозрением смотрели.
«Наверно, он мучился в агонии.
Сильно мучился.
Себе шею сломал.
Чтобы не мучиться». — Я соврал.
Мне поверили.
ЗАХОТЕЛИ ПОВЕРИТЬ.
«Трухильдейр! — Атаманша решила мою судьбу. — Садись с нами.
Мы бы тебя убили
На кол посадили.
Но ты худой.
Изможденный.
Ты — сам себе наказание.
Жалко тебя убивать.
Материнский инстинкт не дает тебя убить.
Человечинкой мы не балуемся.
Мы кушаем фруктики.
Ягодки.
Овощами не брезгуем.
Не побрезгуй и ты.
Попробуй овощное рагу.
На сладкое — малиновый мусс».
«Не побрезгую.