Все выпрямили спины.
«Да они, как бараны, — я подумал. — Все повторяют.
Как я мог?
Я же раньше их считал мудрыми».
МУДРОСТЬ УХОДИТ С ГОДАМИ, САМЫЕ МУДРЫЕ — ДЕТИ.
Я снял ботинки.
На цыпочках.
На мысочках.
На пальцах ног.
Тихо шел к залу.
Зал, где Нэнси вербовала наших.
Мои спутники последовали моему примеру.
Все разулись.
Мы были бесшумны.
Бесшумны, как мыши ночью.
Нет.
Мыши топают.
Но мы не топали.
Лишь чихали.
Кашляли.
И издавали другие звуки.
Жухрайка барабанщица Нэнси стояла у зеркала.
Рассматривала себя.
Не просто рассматривала.
А восхищалась!
Восторгалась собой!
«Я — самая красивая! — Нэнси поправляла волосы.
Шелк волос… — Я — самая сексуальная во Вселенной!»
«Никто не спорит, — я подбежал.
Сзади схватил жухрайку.
Нуууу.
Как схватил.
Обнял сзади.
Мои ладони лежали на грудях Нэнси. — Жухрайка!
Сдавайся!
Ты вербовала наших.
Теперь я вербую тебя.
Ты будешь служить нашему Императору.
Перейдешь на нашу сторону.
Все тайны.
Все секреты жухраев докладывай.
Докладывай лично мне».
СЕКРЕТЫ СО ВРЕМЕНЕМ ПРОТУХАЮТ, КАК ЯЙЦА.
«Патефонский?» — Жухрайка Нэнси вскрикнула.
«Патефонский! — Вскрикнули мои товарищи. — Ты сказал, чтобы мы делали, как ты.
Смотрели на тебя.
И поступали, как ты.
Ты держишь жухрайку…
Хотя она и враг.
Но она — девушка.
Ты возложил ладони на нее.
На ее груди.
Мы тоже должны так поступить?»
«Хм!
Други мои!
Не воспринимайте все буквально.
Делайте по уму.
А не так, как я делаю». — Я кашлянул.
«Патефонский! — Нэнси вознегодовала. — Ты прокашлялся в мой затылок.
В мои волосы».
«Ты в плену, Нэнси».
ПЛЕННЫЕ НЕ ВОЛНУЮТСЯ, КОГДА НА НИХ КАШЛЯЮТ.
«Патефонский! — Мои товарищи не отступали. — Мы тоже.
Хотим возложить.
Возложить ладони на груди».
«Так возлагайте! — Я разрешил. — Обнимитесь.
Затем прислоните ладони к груди друга».
«Патефонский! — Нэнси зашипела. — Ты — провокатор!»
«Назови мне хоть кого, жухрайка, — я шипел в ответ. — Назови не провокатора.
В этом мире все провокаторы!»
Я зашел спереди.
С беспокойством смотрел в глаза.
В глаза жухрайки.
Она казалась спокойной.
Не уставшей выглядела.
Хотя до этого пытала моих товарищей.
Нууу, как пытала.
«Патефонский! — жухрайка оказалась хитрющей. — Не ты меня.
Я тебя должна.
Должна вербовать. — Загибала пальцы. — Потому что ты в нашей части Вселенной.
В жухрайской.
Нет у тебя здесь власти.
Во-вторых, я — девушка.
Ты — мужчина.
Мужчина должен уступать девушке.
В-третьих, я красивая.
Ты — не красивый».
Я НЕ КРАСИВЫЙ, ТЫ — КРАСИВАЯ, У ТЕБЯ ЛАПКИ, У МЕНЯ – КУЛАКИ.
«Друзья мои! — Я воскликнул. — Как вы можете?
Вы отдыхаете!
Я сражаюсь.
Сражаюсь с жухрайкой!
Навались на нее!
Все скопом — навались.
Лишим жухрайку ее одежды.
Отнимем именное оружие.