Она — колдунья. — Дрейк заворожено протянул соленый огурец.
Луиза смачно захрустела. — Или она уже свела с ума многих…»
БЫВАЮТ ЖЕНЩИНЫ, ОТ КОТОРЫХ ХОЧЕТСЯ СОЙТИ С УМА.
— Какой сегодня день? — Дрейк очнулся.
С больной головой. — Так я не…
Со студенческих лет не.
— Сегодня какой день? — Луиза лежала на животе.
Свет лямбиды отражался от ее тугих ягодиц. — Может быть надо спросить, какой сегодня год?
— Год?
— Шучу!
Шучу, Дрейкуша.
Неделя.
Всего неделя.
— Мы? — капитан Дрейк продрал глаза. — Мы неделю?
Ты шутишь.
— Этим не шутят, — Луиза кивнула. — Целая неделя прошла.
Ты, как танк, Дрейк.
Я — как полигон.
Ты весь танковый полигон избороздил.
Я в шоке.
Меня трудно удивить.
Но ты смог.
Я даже стала тебя уважать.
А это…
Поверь…
Огромная награда от меня.
— Я верю.
ОДНИ ЛЮДИ — НАГРАДА, ДРУГИЕ — НАКАЗАНИЕ.
— Я опаздываю на шесть дней.
Ровно на шесть дней.
— Опаздываешь? — Дрейк почувствовал.
Кирпич на сердце упал.
Близилась минута расставания. — Куда-то спешишь?
— На задание.
У нас задание.
Мы должны были выйти на точку шесть дней назад.
Но тут подвернулся ты.
Ты меня в плен взял.
— Не брал я тебя.
— Брал, брал.
Все докажут.
— И что же?
Ты нарушила приказ?
Не спрашиваю, что за приказ.
Вы — служивые.
Я — космопират.
Вам нет дела до меня.
Мне нет дела до вас. — Дрейк опустил ладонь на правую ягодицу Луизы.
Девушка наградила пирата убийственным взглядом.
Но потом потянулась к нему.
Из коридора доносились голоса.
Приглушенные голоса.
— Я тебя убью, — Луиза зашипела.
УБИВАТЬ — НЕ РОЖАТЬ.
— Убьешь? — Дрейк потянулся. — Убивай.
Только медленно.
И со страстью.
Но сначала скажи.
За что убьешь?
— Как ты додумался?
Ты соблазнил невинную девушку.
— Где она?
— Я — она.
— Ты?
Невинная?
Девушка?
Голая по крейсеру разгуливала.
Без боязни.
Одна девка.
Кругом мои пираты.
И головорезы.
— Головорезы, — Луиза кивнула. — Именно головорезы.
И ты не побоялся.
Как ты додумался.
До меня додумался.
КАК ДОДУМАЛСЯ СТАТЬ НАСТОЯЩИМ МУЖЧИНОЙ?
— Я не думал.
Поэтому у нас все полетело.
Полетело прекрасно.
Если бы думал, то…
Побоялся бы.
— Меня боятся, — Луиза промурлыкала.
С удовлетворением.
— Тебе нравится?
— Нравится.
А что нравится?
— Нравится, что тебя боятся?
— Не знаю.
Не думала.
Боятся и боятся.
— Ты полуголая ходишь.
Вернее — голая.
Почти голая.
Нарочно?
— Ага.
Я люблю, когда на меня пялятся.
Пялятся с вожделением.
— Ты…
Ты – убойная.
— А ты предпочел бы…
Чтобы я была скромницей?
В свадебном платье?
— Скромницы на борт моего крейсера не поднимаются.
— Ты, Дрейк?