За мое молчание…
За эту запись твоего причмокивания…
Ты мне заплатишь.
И вовсе я не корыстная.
Ты же меня использовал.
Использовал и даже не дал ни цента.
Ты — жадный.
А не я».
КТО ТАКОЙ ЖАДНЫЙ — КАЖДЫЙ ПОНИМАЕТ ПО-СВОЕМУ.
«Германика!
Я заплачУ!
Я дам тебе денег! — Мои руки дрожали. — Не одевайся.
Пока не одевайся.
Я найду деньги.
Ты веришь.
Веришь в то, что придумала.
Ты злишься на меня.
Почему?
Я не знал, что ты прилетишь.
Я же твой маленький.
Младенец я твой не родной.
Я не унижал тебя.
Не устроил ничего специально».
«Я думаю, что ты — хороший мальчик», — Германика вздохнула.
С облегчением вздохнула.
«Я думаю, что ты тоже…
Только ты – девочка.
Хорошая девочка».
«Кантоци!
Ты чертовски прав!
Ты просто глупенький. — Германика подошла.
Поцеловала меня в лобик.
Я уперся лицом.
Между ее. — Я это знаю».
Германика обнажённая.
Мерила комнату шагами.
И каждые ее шаг отдавался во мне.
Страстью отдавался.
Она остановилась.
Строго посмотрела на меня.
ОБНАЖЕННАЯ ДЕВУШКА ВСЕГДА СМОТРИТ МНОГООБЕЩАЮЩЕ.
«Германика?
Ты так хороша!
Так неприкосновенна для меня!
Я прихожу в ярость.
От твоей красоты схожу с ума.
Ты свела меня с ума давно.
Поэтому я держался от тебя подальше».
«Чтооо?
Йа?
И ты — подальше? — Германика воскликнула.
Забыла, что она обнаженная. — Страх забыл?
Может быть, ты еще скажешь, что я тебя соблазняла?
Или пришла к тебе с надеждой?»
«Нет!
Германика!
Ты меня не соблазняла.
И не соблазняешь»! — Я не знал, что ответить.
КОГДА ДЕВУШКА ЗЛИТСЯ, ТО НЕВОЗМОЖНО ПЕРЕД НЕЙ ОПРАВДАТЬСЯ.
«Я всего лишь пришла.
По делу.
Разделась.
Чтобы принять душ.
Ты же мне не предложил.
Кантоци!
Ты даже мне душ не предложил.
А ведь мог потереть мне спинку.
И при этом ты был голый».
«Я в своем доме.
Я голый не прокрадываюсь ночью к холодильнику».
«Кантоци!
Разговор окончен.
Давай деньги!
Я улетаю.
Ты знаешь, что почему все.
Я хотела тебя увидеть.
Просто увидеть.
И предупредить об опасности.
В жизни много опасностей.
Прости меня за мою красоту!»
И…
Германика выбежала из моей комнаты.
Забыла одеться.
Через минуту ее космокатер стартовал.
Я же перевел ей деньги.
Кругленькую сумму.
Германике должно хватить на ее шалости.
Надолго хватит.
ДЕНЕГ ДЕВУШКЕ ВСЕГДА НЕ ХВАТАЕТ.
Я причесался.
Вышел к бассейну.
Трое парней плескались в нем.
Крокодилы прикованы цепями.
С жадностью смотрели на гостей.
«Кантоци! — Парнас помахал мне рукой. — Иди к нам!
Сыграем.
Мячики побросаем».
Мы играли в мячики.
До утра играли.
Утром дон Курвуазье пришел к нам:
«Хорошо поиграли, мальчики?»
«Мы играли так весело, что у крокодилов глаза заслезились».