«Кантоци! — Дон Курвуазье присел на бортик бассейна. — Ты вырос.
Возмужал.
Местами возмужал…
Я хочу оказать тебе…
Помочь тебе.
У меня есть влиятельный друг.
Очень богатый.
Нууу слишкооом!
У него сын — Охайдако!
Вы должны познакомиться.
Я уже поговорил с отцом.
С твоим отцом.
Он тебя отпускает.
Уже написал Охайдако.
Охайдако ждет тебя.
С нетерпением ждет!».
ЖДАТЬ МОЖНО С НЕТЕРПЕНИЕМ, И С ТЕРПЕНИЕМ МОЖНО ЖДАТЬ, А МОЖНО И НЕ ЖДАТЬ.
Я полетел.
Вместе со мной полетел мой воспитатель.
Он же — Наставник.
Он же — мой охранник.
Он же мой — личный водитель.
Он для меня — всё делал.
Я познакомился с Охайдако.
Мы подружились.
Очень.
Слишком подружились.
Стали неразлучны.
Как две палочки в стакане с коктейлем.
Однажды мы охотились.
На дикой планете купили охотничью лицензию.
С нами были двое слуг.
Мой воспитатель.
И воспитатель Охайдако.
Я преследовал дикую анаконду.
Увлекся.
Провалился в расщелину.
Мои спутники отстали.
Сигнал пропал.
В расщелине были сильнейшие помехи.
Наверно, урановые руды создавали их.
Я не мог дозвониться.
Через сутки я выбрался.
Грязный.
Мокрый.
Вонючий.
Я упал в тушу протухшего мамонта…
Стал связываться со своими.
У меня был галопередатчик малой мощности.
Он не пробивался дальше атмосферы этой планеты.
Я обнаружил:
«Один?
Совсем один? — я разъярился.
Не обнаружил других сигналов. — Мой слуга улетел?
Охайдако улетел?
Его слуга тоже улетел?
Я надеюсь, что их сожрал тапир.
Так они оправдаются передо мной».
СМЕРТЬ ОПРАВДАЕТ КАЖДОГО.
Я побрел по дикой планете.
К счастью нашел охотничий домик.
Тоже без средств связи.
Час был поздний.
Я съел все, что было у лесника.
Даже совестно мне не стало.
В домике отдыхал еще один охотник.
Мы ужинали за одним столом.
Мы разговаривали.
Но не называли своих имен.
За кофе и сигарой охотник предложил:
«Молодой человек?
Перекинемся в картишки?
В дурака?
На интерес?»
«Давай!
Сыграем!» — Я согласился.
ПОТЕРЯННОМУ НА ДИКОЙ ПЛАНЕТЕ ОСТАЕТСЯ ТОЛЬКО В КАРТЫ ИГРАТЬ.
Охотник раскинул колоду.
Карты были старые.
Засаленные.
С неприличными картинками.
Я увлекся разглядыванием картинок.
Они смущали мое воображение.
Вернее, разжигали его.
Был ли я невнимателен в игре?
Или мне не везло?
Или охотник жульничал?
Но вскоре я проиграл.
Проиграл все.
Все свои наличные деньги.
И всю одежду проиграл.
Сидел голый.
И хлопал ресницами.
«Я больше не играю», — я заскрипел зубами.
«Давай еще разок», — охотник предложил.
«У меня нет ничего.
Больше ничего нет здесь.
На этой проклятой планете.
На что же ты будешь со мной играть?
Я даже свою одежду проиграл».
«Ты мог бы не проигрывать нижнее белье», — охотник заорал.