— А потом ты его убила, — командор Петерсус кивнул.
Значит, знал.
Значит, проверяют Каталину.
— Да.
Так вышло, — Каталина опустила плечи. — У меня не было выбора. — Каталина говорила правду.
У нее не было выбора.
Потому что капрал Трухильдейр сам хотел ее убить…
Но из-за чего хотел убить — пришлось соврать.
Даже не соврала.
А сказала обтекаемо.
Чтобы детектор лжи не нашел ложь. — Мне было очень жаль.
Я искала в шахтах.
В заброшенных рудниках искала. — Это правда. — Место, откуда удобно стрелять в Императора.
Потом появился капрал Трухильдейр.
Он слишком много знал.
Знал обо мне.
Мы воевали вместе.
Раньше воевали.
Я была его командиршей.
Он — капрал.
Я — сержантка.
Поэтому…
Поэтому, что случилось — то случилось.
Я не хочу это обсуждать. — Каталина опустила головку.
— Ты убила одного из наших, — командор Петерсус решал судьбу Каталины. — Это серьезное преступление.
Преступление не против Империи.
Преступление против нашего Союза Борьбы за Освобождение Империи от Императора.
Но… — Знаменитое но.
Зависла пауза. — Я понимаю.
Война с жухраями.
На войне всякое случается.
То, что не может произойти на гражданке.
Возможно, что ты облажалась, как командирша.
Из-за тебя погибли бойцы.
Или, что-то присвоила со склада.
Потом продала.
За это нельзя осуждать.
Или капрал Трухильдейр был свидетелем твоих амурных делишек. — Старик Петерсус захихикал.
Тонко захихикал.
Каталина его сразу возненавидела.
Люто. — Ты не хотела, чтобы твои любовные приключения всплыли.
Всплыли на гражданке.
Ты — девочка молодая.
Хочешь выйти замуж за чиновника.
За очень богатого.
А твое прошлое тебе не позволяет.
Поэтому ты порвала с прошлым.
Через капрала Трухильдейера порвала.
С ним порвала.
И…
Ты стреляла в Императора.
Убила Императора.
Твой подвиг перевешивает убийство одного из членов нашего союза.
ОДНО УБИЙСТВО ОПРАВДЫВАЕТ ДРУГОЕ УБИЙСТВО.
— Вашего союза… — Каталина лихорадочно размышляла. — Разве ваш Союз не распадется?
Ведь Император убит.
А ваш Союз Борьбы за Освобождение Империи от Императора был…
— Наш Союз Борьбы за Освобождение Империи от Императора был.
Есть.
И будет есть! — командор Петерсус назидательно поднял вверх указательный палец правой руки.
Все посмотрели на этот палец. — Императоры уходят.
А Союзы Борьбы за Освобождение Империи от Императора остаются.
Ведь после этого Императора на трон взойдет новый Император.
Если наш Союз Борьбы за Освобождение Империи от Императора исчезнет, то кто же убьет следующего Императора?
— Аааа!
Понятно! — Каталина почувствовала, как пальцы ног немеют.
Немеют от холода.
От душевного холода.
«Они не против конкретного Императора.
Они — против любого Императора.
Но как же Империя может существовать без Императора?
Дураки какие то…»
ЧЕМ СТАРЕЕ, ТЕМ ГЛУПЕЕ.
— Каталина! — Сальский зажал в ладони шнур. — Волосы у тебя вырастут.
— Что?
— Я говорю, что волосы у тебя вырастут, — Сальский улыбался по-дружески. — У тебя короткая стрижка.
Армейская короткая стрижка.
Вот, когда волосы отрастут, то ты соберешь их в легкий пучок.