Шатается.
Двинулась к орудию».
«Привет! — Розалинда почувствовала мой взгляд.
Услышала мои мысли.
Обернулась.
Улыбнулась.
Помахала ручкой. — Помоги мне.
Я должна дойти до огнемета.
А у меня в глазах двоится.
Контузило».
И я подбежала.
Подставила плечо.
Розалинда оперлась о меня.
Мы обе упали.
Я остановила робота.
Он подхватил Розалинду.
И мы побежали к корме.
Зачем я тоже бежала?
«Придвинь ко мне бак с зарядами, — голосок Розалинды слабый. — Я не дотянусь».
Я осмотрелась.
«Что за бак?
Как может быть бак со снарядами?»
Нашла черный бочонок.
На нем голограмма — череп и скрещенные кости.
Я пододвинула бак к Розалинде.
И с ужасом подумала:
«Зачем?
Зачем я помогаю?
Розалинда сейчас будет стрелять по нашим.
По имперцам.
Своими действиями я предаю Империю.
Нет!
Я так не хочу!» — Я потянулась к баку.
Хотела убрать его от Розалинды.
Вдруг, в смотровую щель влетело.
«Синхронная граната», — я выдернула Розалинду из кресла.
Из кресла стрелка.
Повалила ее на пол.
Прикрыла нас мюонным щитом.
Помогло.
Но только немного.
Щит поглотил восемьдесят процентов энергии взрыва синхронной гранаты.
Я на несколько секунд оглохла.
Розалинда лежала рядом.
Снова контуженая.
Но живая.
Из уголков рта вытекала кровь.
«Хорошо, что так случилось, — я тупо думала. — Розалинда не стреляла.
Случай ей не позволил.
И я, получается, не предавала своих»
Сначала я встала на четвереньки.
Затем поднялась.
Держалась за барионный охладитель.
«Санитары…
Робот.
У нас раненая.
Нужно срочно в лазарет».
На мой призыв роботы не откликнулись.
Либо вышли из строя.
Либо были заняты другими…
Другими приоритетными задачами.
Я подтолкнула тележку.
Тележка мнемомеханическая.
С усилием затащила на нее Розалинду.
Вывезла в коридор.
«Где лазарет?» — Я спросила пробегавшую блондинку.
Она махнула рукой.
Показала направление.
Я покатила дальше.
ГЛВНОЕ — ЗНАТЬ НАПРАВЛЕНИЕ.
В лазарете уже лежала жухрайка.
Под аппаратом восстановления.
Других жухраек не было.
Я передала Розалинду компьютеру.
Лазерные лучи разрезали на Розалинде одежду.
Затем манипуляторы перенесли ее в ванну.
С калийпромесопротонами.
По крайней мере, у нас, в Империи используют калийпромесопротон для восстановления.
Через минуту Розалинда открыла глаза.
Не глаза у нее.
Глазища.
«Спасибо, — она прошептала. — Насколько можно ожидать хорошее». — Розалинда как бы смутилась.
Хотя она не в том положении.
Я старалась не встречаться с Розалиндой взглядом.
Она же начала болтать.
Болтала языком.
Посттравматический шок.
Розалинда…
Оправдывалась.
Она переживала, что не может сражаться.
«Я не устала.
Мы сражаемся год.
Год без отпуска.
И история с бомбежкой.
Ты не думай.
Думаешь, я не имею представления?
Не имею представления о чем говорю?