А о чем я говорила?
Я считаю, что слишком много.
Много всего.
Личного мало.
Лояльного много.
Возможно, даже не вполне…
Не вполне, не знаю что.
Меня все касается.
Все отражается на моем лице.
Ты видишь отражение всего? — Розалинда спросила.
Я не ответила.
Розалинда продолжала.
Ее речь была близка к бреду. — Я ни о чем не спрашиваю.
Даже о котиках.
Котики — хорошо.
Иногда я выгляжу озабоченной.
А котики всегда беззаботные».
Я поправила кабель диоптрий.
Необязательно было поправлять.
Но я должна была отвлечься.
Подумала:
«Лазарет — мое спасение.
Пока я здесь…
Я не воюю.
Ни на чьей стороне не воюю.
Если бы раньше.
Если бы я не узнала ближе этих жухраек.
Только этих.
И Сильвию…
Я бы не задумывалась.
Подорвала бы этот вражеский космолет.
С жухрайками подорвала бы.
И с собой.
Но…» — Я обнаружила себя в коридоре.
Сама не знаю.
Вышла и побежала.
Космолет содрогался.
«Как в агонии.
Как Розалинда после взрыва», — нелепое пришло в голову.
ХОРОШЕЕ НАДО ПРИДУМЫВАТЬ, А ПЛОХОЕ САМО В ГОЛОВЕ ОКАЖЕТСЯ.
Я вбежала в командный зал.
«Сильвия очень занята, — я отметила.
Нервно усмехнулась. — Еще бы.
Ее космолет под обстрелом.
На ней ответственность.
За всех.
За все ответственность».
Сильвия мельком на меня взглянула.
Но у нее не было времени даже что-то сказать мне.
Да и кто я для нее?
И кто она для меня?
Никто…
Руки Сильвии летали.
Ножки жали на педальки.
Голосом лейтенантка жухрайских войск Сильвия отдавала приказы.
Спрашивала.
«Пятая?»
«Да, командирша.
Пока держусь».
«Умничка, пятая, — Сильвия смахнула голограмму тревоги.
Красная тревога окрасилась синим.
Сильвия дала указание компьютеру.
Потом снова опрос подчиненных. — Ксения?»
«Я ранена».
«В лазарет?»
«После.
Дотерплю».
«Держись, Ксения», — холодно.
Без поддержки.
Нет времени на успокаивания.
«Контора!
Конторские!
Почему молчание?
Экран погас».
«Госпожа лейтенантка.
Пробоина, — послышалось шипение вдалеке. — Движок накрылся.
Восстанавливаю».
«Умница, Паулина».
И так дальше.
Казалось, что Сильвия справляется.
Что все наладится.
Но…
Раненые космолеты нужно добивать.
И наш имперский космофрегат добивал.
Бил почти в упор.
По беспомощному жухрайскому космолету.
«Софья-Аннета, — лейтенантка жухрайка Сильвия скомандовала. — Отходим».
«Госпожа лейтенантка Сильвия, — невидимая Софья-Аннета откликнулась.
Голос безразличный. — Но у нас приказ.
Стоять до последнего».
«Здесь я – приказ, — Сильвия уже кричала. — Нечем стоять.
Нашим мы не поможем.
Процессор выведен из строя.
Мы превратились в мишень.
Боевой расчет.
Слушай мой приказ.
Отходим».
«Госпожа…
Лейтенантка Сильвия, — Софья-Аннета.
Ее голос на надрыве. — Мы не можем уйти».
«Софья-Аннета, — командирша что-то прочитала в голосе своей подчиненной.